— Он всегда такой? — чуть растерянно спросила я, обращаясь к Северу. — Такой…

— Такой, такой. Всегда, солнышко, правда, Сев? Дотошный и въедливый, одним словом — зануда. А еще репей, ботаник и просто сволочь — как меня только не называли по жизни, — улыбнулся Толик во все свои тридцать два, отчего уже мне захотелось выбить ему пару-тройку зубов. — Это Север у нас все больше молчун, так что да, я за все братьев отдуваюсь. Кстати, ты еще с Владом не знакома, но, поверь, тот вообще все исподтишка делает. Сама не заметишь, как согласишься на все.

— Да, и, слава богу, что не знакома! Лучше Севера нет никого! — сказала и застыла. Правда, молчание — золото! Я попыталась спрятать за чашкой с чаем смущенную улыбку. Вот же!.. но Север выглядел пусть и удивленным, но довольным, а вот Анатолий скорбно закатил глаза, но промолчал. Хотя… при всем том, что произошло между нами вчера, мне этот мужчина нравился. Как друг.

— Толь, перестань паясничать, — уже Северин не выдержал, прикрывая меня собой от неуемного внимания своего родственника.

— А ты не сбивай мне девочку с истинного пути раскаяния, а то мы до вечера не узнаем всей истории и того, что нам предстоит еще сделать, чтобы защитить ее, — не остался в долгу этот комедиант, а потом уже серьезно бросил мне, — рассказывай, давай! Ну?

Ну, я и рассказала. Практически все, без утайки… что касалось преследований Бахтияра и ссоры с отцом. Опустила, конечно, некоторые детали, о них никто и никогда не узнает. Оба брата это поняли, отчего нахмурились сильнее, но давить не стали. Слушали внимательно.

Как я едва не попала в психушку потому, что мое падение в воду расценили как попытку самоубийства. Как отец настаивал на браке с ненавистным женихом. Как Бахтияр вспылил, когда я отказалась не то что выходить за него, но даже сбежала из дома. Как искала работу, раз за разом натыкаясь на отказ и…снова преследования жениха. Как в последнюю встречу, папа вдруг сказал, что я…

Я вздохнула — вспоминать это до сих пор больно. Отец буквально поставил мне ультиматум — замуж или иди, дочь, на все четыре стороны. Что он не намерен менять свой бизнес на капризы… капризы взбалмошной девчонки, которая сама не знает, чего хочет. Что это не его была прихоть — замужество с сыном Кильдеева. Ну, и о том, что без Лизы, внезапно протянувшей мне руку помощи, помогая справиться с буллингом в группе, я бы давно сдалась.

— Значит, все думают, что это из-за тебя подруга попала в тюрьму? — задумчиво потер подбородок Анатолий, глядя куда-то вдаль. Я лишь понуро кивнула. Он же и сам это знает, почему вдруг спросил? — Хотел услышать твою версию. Выясним, — пожал он плечами, наверное, увидев мое сомнение на лице. — Но сейчас это не основной вопрос.