Странно, я всегда считал себя сильным и стрессоустойчивым человеком, но смерть отца выбила у меня из-под ног твёрдую и устойчивую почву. В буквальном смысле. Отец был моей поддержкой и опорой. Я результат адского труда и огромной любви своих родителей.

Они стали встречаться ещё в школе. Первые отношения, первые друг у друга. Когда мне было восемь, а брату пять, родители сильно поссорились. На моей памяти впервые так сильно. Отец ушёл, хлопнув дверью. Мать как ни в чем не бывало занялась уборкой. Я не на шутку испугался, младший брат плакать начал.

— Эй, вы чего, ребята? — удивилась мама, усадив нас перед собой на диван. — Ану-ка слушайте сюда. Папа вернётся! Скоро вернётся, слышите меня?

— А если нет? — спросил я.

— Вы поссорились! — заявил тогда обиженно Пашка.

— Он вернётся через полчаса, можем даже поспорить! — рассмеялась мама. — Отец не сможет без нас дольше чем полчаса, потому что любит всем сердцем, как никого и никогда. И так будет всегда, запомните это!

Слова матери подействовали на меня успокаивающе. Если после родители и ругались, я всегда знал, что это временное явление. Нас любят. Это была аксиома, не требующая доказательств. Что-то такое априори убедительное и точное в чем я никогда в своей жизни не сомневался.

Пока едем в сторону родительского дома, начинается затяжной мерзкий дождь, который барабанит по стёклам и оставляет на нём крупные капли. Я отвечаю в сообщениях на важные вопросы о месте и точке сбора похоронной процессии. Судя по количеству интересующихся — людей соберётся достаточно много.

Сняв обувь и верхнюю одежду в прихожей, замечаю маму. Она стоит в дверном проеме, ведущем в гостиную. Маленькая такая, щуплая. Фигурой похожа на девочку-восьмиклассницу, но стоит только заглянуть в лицо, становится понятен точный возраст.

На неё смотреть больно. Тёмные круги под глазами, припухшие веки и полностью потухший взгляд. Что нужно сделать, чтобы вновь его зажечь? Большую половину своей жизни мать прожила с отцом, поэтому на данный момент я даже не представляю.

— Спасибо, что так оперативно прилетел, — произносит тихим шелестящим голосом.

— Рейс задержали.

— Я рада, что вы с Пашкой здесь. Одна я умом тронусь.

— Не тронешься. Мы рядом.

— Он… боже, утром всё было хорошо. Я приготовила завтрак, мы долго обсуждали новости. Приняли решение на этой неделе возвращаться в Германию. А потом отец сказал, что приляжет. Мол, не выспался, голова всю ночь болела. Он… он больше не проснулся, Ваня.

Я делаю шаг навстречу, крепче обнимаю мать. Каждый из нас чувствует себя невыносимо-виноватым за то, что случилось с отцом.