— До вечера воскресенья.

Три дня.

Через пару часов мы ужинаем с его мамой, втроем, в одном из ближайших ресторанчиков. Сыпем подробностями с работы. Виктория Фёдоровна шутит, что наконец-то Артём согласен послушать. Он бросает на нее укоризненные взгляды.

Я много смеюсь.

Так много, что, видимо, ночью все это смешивается в голове, и меня опять мучают кошмары. Сильные эмоции как будто провоцируют откат назад, они триггер. Когда просыпаюсь в третий раз, Артёма рядом не оказывается. Я пугаюсь и включаю ночник. Он ушел? Два раза обнимал, успокаивал.

Пью воду, дышу часто. Плохие сны теперь редкие и без химии не такие острые. Но все же случаются.

Пишу Артёму: «Ты где?»

Он не отвечает. Тогда я накидываю на плечи халат, сую ноги в тапки и отправляюсь на поиски. Три часа ночи. Отель крепко спит. Все спят, кроме нас двоих.

Прохожу мимо террасы — там пусто. Да и слишком холодно.

Спускаюсь на первый этаж.

Артём отыскивается в фойе. Здесь довольно просторный для небольшой гостиницы зал и барная стойка. Вечерами народ коротает время, тянет алкоголь. Летом приглашают музыкантов.

Сейчас же никого.

Артём сидит за самым дальним столиком один в полутьме. Не сразу даже заметила. Перед ним бутылка виски, пепельница. Маячок сигареты вспыхивает, когда Артём подносит ее ко рту. Он редко курит, и я чувствую укол вины: из-за меня.

Негромко играет музыка, барная стойка пустая.

Подхожу ближе, Артём поворачивает голову в мою сторону.

— Я тебя потеряла.

— Опять кошмар? — спрашивает он и чуть прищуривается. Берет стакан, допивает залпом.

Морозец пробегает по телу.

— Нет, — лгу. — Просто искала тебя в кровати и не нашла. Можно присоединиться?

— Тащи стакан.