Если проститутка, хоть и бывшая, живет в гостинице, превращается ли эта гостиница автоматом в бордель? Некоторые секреты жгут карманы.

— Поговорила со своими? — спрашивает Артём. Снимает куртку и накидывает мне на плечи.

Только и успеваю пикнуть:

— Мне не холодно... спасибо. Да, поговорила, всё хорошо. — Обращаюсь к Виктории Фёдоровне: — Еще раз спасибо, что приютили. Буду рада любой работе. Я могу убираться, работать официанткой, ходить за продуктами... Всё что угодно.

— В понедельник поедем на ярмарку, помощь не помешает. Нужно купить новые украшения для отеля. В этом году я хочу вернуться к желто-красным цветам. Да, это простовато, но, по мне, уютно. Как никогда хочется домашнего уюта и покоя. В этом году хорошо так всех потрясло.

— Я с радостью помогу.

Артём обнимает со спины, утыкается в макушку. Виктория Фёдоровна задумчиво смотрит на нас. Тушит окурок в пепельнице. Вновь хмурится. Под ее цепким взглядом я робею.

Поторопилась, решив, что Артём не похож на мать. Внешне — совершенно нет, но вот характером... Они точно друг друга стоят. Передо мной два резких, уверенных в себе, малоэмоциональных человека. Из той информации, что удалось собрать, можно сделать вывод, что Марк был совсем не таким. Напротив — легким, простым, веселым и болтливым. Им без него тяжко. Им сложновато даже общаться. Говорят фактами, не вмешивая чувства. Оба будто замерзшие.

Я обхватываю холодные ладони Артёма, грею.

— Схожу до ресепшена, — говорит Виктория Фёдоровна. Поворачивается ко мне, улыбается: — Алиночка, попроси Артёма всё показать. Чувствуй себя как дома. Я очень рада, что ты составишь мне компанию.

Мы обмениваемся вежливыми кивками. Оставшись с Артёмом наедине, смотрим вдаль. Вернее, я смотрю. Он — не знаю куда.

Так не хочется, чтобы он завтра улетал. С ним бы подольше побыть. Вот так стоять на холоде и смотреть вдаль. Верить, что Артёму тоже хорошо так стоять со мной.

Жить хочется. Как же сильно жить хочется!

Днем и вечером, сразу после ужина, мы гуляем по городу. Любуемся на потрясающую иллюминацию, едим сладкую выпечку, что продается прямо на улице. Потом поднимаемся по лестнице. Артём провожает до номера.

Я слегка растерянно улыбаюсь:

— Спасибо за прекрасный вечер, Артём. Спокойной ночи.

— Не пригласишь зайти? — улыбается он. Чуть склоняет голову набок.

Хочу кинуться ему на шею, обнять руками и ногами и попросить натянуть меня посильнее. Краска ударяет в лицо. Опускаю глаза.

Вспоминаю слова его мамы о том, что я моложе почти в два раза. И что нельзя превращать отель в непонятно что.