Не верю ни в какую! Он ведь сказал, что не получится приехать.

Артём по-хозяйски уверенно заходит в фойе, в одной его руке — огромный букет цветов, в другой, как обычно, телефон. С кем-то говорит, хмурится. Я же смотрю на него и не могу наглядеться. Сердце сжимается, а потом взрывается гранатой, разбивая ледяную броню вдребезги и наполняя теплом.

Я капец как соскучилась!

— Минуту, пожалуйста, — прошу сбивчиво. Сжимаю ладони. — Пожалуйста, одну минуточку.

Делаю рывок в сторону, но Эля загородила выход из-за стойки, сканирует, что-то там заедает у нее...

Артём смотрит на меня, слегка улыбается. Глаза блестят азартом. Он поднимает букет выше. Вот гад! Утром же по телефону сказал, что до Нового года увидеться не выйдет. Я чуть не расплакалась.

Опираюсь на стойку, подтягиваюсь, ловко перепрыгиваю и несусь к нему.

Истомин хохочет. Раскрывает объятия, я прыгаю и крепко обнимаю его за шею. Артём подхватывает, фиксирует и специально, словно издеваясь, кружит, как в романтической комедии.

Я вдыхаю аромат его туалетной воды и блаженно закрываю глаза.

— Ты сгоришь в аду за вранье, — шепчу угрожающе.

— Только за это? — Артём делает вид, что изумляется.

Привычно вскидывает брови, и меня разрывает от любви и нежности! Так сильно он нравится.

Артём подносит телефон к уху, второй рукой все еще крепко держит и букет, и меня.

— Позже наберу, сейчас неудобно. — Смотрит в упор.

Сердце глухо колотится. Он прерывает разговор из-за меня. Расставляет приоритеты.

Убирает мобильный в карман.

— Мне нужно доработать, — выпаливаю. — Виктория Фёдоровна оставила за старшую, сама уехала по делам.

— Недели не прошло, а она уже старшая, — делано закатывает глаза Артём. — Если бы я приехал через месяц, ты бы уже куда-то баллотировалась?

Показываю язык. Истомин просто обожает меня подкалывать! И за оценки, и за любые другие успехи. Хвалит, хвалит, хвалит. Я к такому не привыкла. Поначалу вообще думала, что он издевается.

Но нет, ничего подобного. Искренне.