Слушаюсь. Присаживаюсь рядом. Артём разливает алкоголь, раскладывает щипцами лед. Я делаю глоточек и сильно морщусь.

— Это тебе не страйпсы, — подшучивает он.

Улыбаюсь.

— Меня твоя мама научила: если снится плохой сон, надо представить, что страхи заключены в мыльные пузыри. Мысленно их лопаешь, и становится легче.

— Что за чушь? — Он отворачивается. Берет еще одну сигарету. Прикуривает и затягивается.

Я смотрю на его руки, на движение пальцев. Артём довольно сильно пьян.

Мой голос звучит неестественно:

— Она безумно скучает по твоему отцу, Артём. И по Марку, конечно. Она часто лопает пузыри.

— Я предпочитаю находить виновных.

— Одно другому не мешает. Я переживу, Артём. То, что со мной случилось. Теперь уже понимаю это, спустя время. Переживу. Самое главное, чтобы с тобой все было хорошо. Ты что-то задумал, да? Как и летом. Я вижу, что-то не так. Летом я не поняла: плохо тебя знала. Сейчас вижу.

Он бросает внимательный взгляд.

— Я хочу другое кресло. Уже всё решил и сообщил Максу. Доделываю дела и увольняюсь.

— Ого! Масштабно. Из-за той ситуации с реконструкцией?

— Можно сказать, то была последняя капля. Я не приемлю давление и уже не в том возрасте, чтобы прогибаться. Хочу большего. — Артём смотрит задумчиво. Затем улыбается — Денег поначалу будет мало. Нужно будет пожить по активам.

Я запрокидываю голову и смеюсь:

— Не судьба мне быть содержанкой.

— Не судьба, малыш. Знаешь, мне впервые за много лет стало интересно. Реально интересно. Предложили должность, на которой что-то можно изменить. Хочется что-то сделать своими руками. Понимаешь?

— Ты же и так делал. И немало. Я следила за твоей карьерой.

— Хочется больше.

— Значит, сделаем больше. Бедность не пугает совсем. Снимем квартиру попроще, я буду подрабатывать у Осадчего. Будет классно, вот увидишь! Я тебя люблю.