— Сури, помоги мне. Пожалуйста. — Сжимаю ее руки, пристально смотря в глаза. Напрягаюсь до предела, продолжая слышать американскую речь. Уверена, в мире еще остались люди способные откликнуться и помочь. Возможно, эти парни именно такие.

— Что ты задумала? — Шепотом. Хочет оглянуться, но я не позволяю ей этого сделать, чтобы не привлечь к нам излишнее внимание охранника.

— Неважно. Отвлеки охранника, прошу тебя. — Еще сильнее сжимаю хрупкие руки, слегка их встряхивая. Сури одобрительно кивает головой, поднимаясь. Забирает мое ведро, и разворачиваясь идет в сторону колодца. Слышу, как она разговаривает с охранником, говоря ему, что мне стало плохо, и она наберет воды за двоих. Еще что-то произносит, но я больше не обращаю на их диалог никакого внимания. Осторожно поднимаюсь с камня, оглядываясь по сторонам. Ни теряя, ни секунды, разворачиваюсь, бегом направляясь в строну черного джипа, где стоит уже один парень. Мысленно подбирая важные слова, которые мне быстро нужно ему сказать. Возможно, очередная попытка спасения с треском провалится, но я должна рискнуть. Тяжело вздыхаю, почти подходя к парню. Слыша посторонние шаги, он оборачивается, начиная рассматривать меня с ног до головы. Плевать, что сейчас я похожа на нищую оборванку. Это не главное. Красивый молодой парень. Кофейные глаза смотрят на меня растеряно. Не церемонясь нагло, хватаю парня за руку, отводя чуть в сторону. Так, чтобы мы укрылись от посторонних глаз.

— Нужна ваша помощь. — Уверенно и достаточно громко. Парень шокировано продолжает смотреть, осознавая, что я говорю на чистом английском, и не являюсь арабской девушкой. — Меня зовут Клео Верано. — Дрожащим голосом. Беру парня за руку, впиваясь пальцами. — Найдите моего брата Николаса Верано. Он известный бизнесмен в Лас-Вегасе. — Оборачиваясь, вижу Зураб, которая спускается с крыльца. — Сообщите ему мое местоположение. — Последняя фраза, которую могу произнести. Отшатываюсь от парня, понимая, что Зураб заметила меня. Делаю несколько шагов задом, едва не падая.

— Тебе удерживают в плену? — Парень спрашивает громким голосом, но я не могу ответить ему, еще больше накалив обстановку. Мимолетно киваю головой, и разворачиваясь бегу в сторону дома. Зураб стремительно идет навстречу, и когда мы встречаемся, на ходу хватает меня за волосы.

— Мерзкая сучка. — До боли скручивает мои волосы на затылке, волоком таща внутрь дома. Спотыкаюсь, не успевая. Зураб затаскивает меня в небольшую комнату, и резко разворачивая, отпускает. Замахивается, снова ударяет по лицу. — О чем ты разговаривала с американцем? — Начинает гневно орать в полный голос. Толкает с такой силой, что ноги подкашиваются, и я падаю на пол, обнимая свой живот. — Хочешь, чтобы я отрезала твой поганый язык. Знаешь, — наступает на меня, глаза прищуривая, — а я так и сделаю. Молчаливая жена дороже золота. — Усмехается, наклоняясь надо мной. Начинает бить по лицу и пинать ногами. Закрываю живот от ударов. Ничего не отвечаю, надеясь, что она оставит в покое. Все, что я хотела, сделала. И будь, что будет. — Не будем ждать. Послезавтра отправишься в новый дом, и будешь служить во имя Халифат. Ублажать мужей, которые будут рады новому телу. — Ехидно смеется, радуясь тому, что делает со мной. Назад отходит, оставляя меня неподвижно лежать на полу. Разворачивается, направляясь к выходу из дома, но в дверном проеме останавливается, и, оборачиваясь, произносит последнюю фразу. — Возможно, там родишь своего выродка, если он выживет после того, что с тобой сделают. — Выходит во двор, громко хлопая дверьми. Оставляя меня в полном одиночестве. Наедине с мыслями, которых чертовски много. Боли больше нет. Есть желание выжить и спасти своего ребенка. Любой ценой.