– Ты должна приехать, сейчас же, – сказал мой ассистент низким, но взволнованным голосом. – Манро здесь, истерит, партнеры в панике. Лоусон хотел, чтобы я позвонил тебе, и хоть он и не использовал слово «умолять», я могу читать между строк.

– Они хотят, чтобы я вернулась сейчас?

– Они хотели, чтобы ты вернулась еще вчера. «Лоусон, Дуни и Гарденер». Гарантирую.

Я прикусила губу. Это хорошо. Еще один шаг к стабильному будущему.

– Я еду.

Я повесила трубку и сказала маме, что я нужна на работе.

– Я так рада это слышать, – ответила Мэрилин. – Мне не нравилась вся эта история с «отпуском». Создавалось впечатление, что они тебя использовали.

Я хотела сообщить ей, что могу стать партнером, но почему-то промолчала и просто отвезла ее домой.

В «Лоусон и Дуни» я вошла со странной смесью волнения и страха, скручивающих мой живот. Я была одета не совсем по-деловому: темно-синие джинсы, изумрудно-зеленая блузка без рукавов и туфли на плоской подошве. Я распустила волосы – в последнее время я часто распускала их – и должна признать, что моя мама была права. Они были немного экстравагантными, огненно-красными, густыми и струились до середины спины. Они отросли за то время, когда я была занята работой, не обращая на них внимания.

Я могла бы переодеться в костюм и собрать волосы, но ведь партнеры сами вышвырнули меня с работы на три недели. Я подумала, что не помешало бы напомнить им – в присутствии Манро – об этом факте.

Эбед и Кейтлин, моя секретарша, встретили меня у главного входа в спешке, как фанаты, пытающиеся получить автограф. Они синхронно разговаривали и на ходу совали мне в руки бумаги.

– Они в главном конференц-зале, – тараторил Эбед. – Я сказал им, что ты придешь, и они остановили Манро какой-то дорогой выпивкой и белугой, но ситуация напряженная. Действительно напряженная.

– Это то, что Кристофер делал по этому делу с тех пор, как ты ушла, – Кейтлин протянула мне стопку бумаг. – Не так уж много, так как мистер Манро был довольно несговорчив.

Эбед протянул мне другую папку.