Я с несчастным видом кивнула.

– Я просто не хочу рыть себе яму еще глубже.

– Слишком поздно, – Лайла улыбнулась, протянула руку и сжала мою. – Рассказывай.

– Я немного боюсь твоей реакции, учитывая то, как ты отреагировала на мое последнее маленькое откровение.

Лайла вздохнула.

– Прости, что я так разозлилась. Для меня это больная тема по очевидным причинам. Но я понимаю, что мне нужно абстрагироваться от своей ситуации. Так расскажи мне. Расскажи мне все, и я обещаю не осуждать.

– Нет, я хочу, чтобы ты осуждала, – сказала я. – Суди меня, читай мне нотации, скажи мне, какого черта я делаю, потому что я… я просто запуталась, Лай.

Я рассказала Лайле обо всем, что произошло, вплоть до ночи дня рождения Кори.

– Это было… невероятно, – поделилась я, вздыхая. – Это было то, чего мне так долго не хватало. Кори – самый добрый, самый милый мужчина, но впусти его в спальню, и, боже, – я прочистила горло. – Извини, но это важно. Для меня важно иметь такую физическую близость с мужчиной. А после того, как я провела время с его отцом и дочерью и на бейсбольном матче… Это было нечто большее, чем физиология. Он впустил меня в свою жизнь, как будто он… он хочет, чтобы я была в его жизни.

– А ты хочешь быть в его жизни? – спросила Лайла.

Я сделал еще один глоток вина. Большой глоток.

– Ты не дослушала. Дрю пришел на следующее утро.

– Охренеть! – брови Лайлы взлетели вверх. – Дрю сильно расстроился? Наверное, да. И что, вечеринка отменяется? Свадьба отменяется?

Я отрицательно покачала головой.

– Он не расстроился так, как я того ожидала, и это почти самое худшее. Он хочет, чтобы я сохранила свой дом, чтобы принимать там мужчин. Чтобы компенсировать его «недостатки».

– Свободный брак? – Лайла разинула рот.