— Можно поставить «зачёт»?
— Можно. Жди ответку в виде фотографии.
— Какой фотографии?
— Моей. Из душа.
— Гордеева, — шумно выдыхает, — я ведь ещё не уехал…
— А я уже в лифте, — захожу в кабину, сжимая в пальцах листок с самым очаровательным признанием на свете.
Глава 45. «Чудо и волшебство»
Глава 45. «Чудо и волшебство»
Лиля.
Почти месяц, как мы с Артёмом вместе. Официально как пара. Несмотря на то, что за окном середина декабря, в моей душе настоящая весна. А как может быть иначе, если Артём согревает меня лучами своей заботы и внимания? Бабочки, не переставая, кружатся в голове и в животе от одного только его взгляда и прикосновения. Настолько острые и новые для меня ощущения, что порой не верится:
В квартире Артёма постепенно появились вещи и предметы, которые так и кричат о том, что здесь периодически, с завидным постоянством, бывает девушка. И так как мне надоело таскать каждый раз с собой сумку, забитую всякой мелочёвкой, то… В прихожей на тумбочке теперь лежит моя расчёска и резинки для волос. На кухне рядом с кружкой Артёма красуется моя кружка с изображением голого мужского торса, Артёму же и принадлежащего. Это он так решил себя увековечить. Сказал, когда вручал мне подарок: «Будешь пить из неё кофе и вспоминать, что я такой же горячий и бодрящий». На полочке в ванной стоят две зубные щётки, а на настенной вешалке висят два банных полотенца. В комнате в шкафу любезно выделено отдельное место для женского нижнего белья. И для пижамы, которую я надевала всего один раз, и которую с меня стянули через минуту. Так как, видите ли, кое-кому кайфово прижиматься ко мне ночью, когда я совсем без одежды.
А у меня тоже есть свои кайфовые пунктики. Например, так приятно готовиться к зачётам и экзаменам, когда, лёжа на кровати, отрываешь взгляд от заунывных текстов учебников и тетрадей и любуешься широкой спиной Артёма, сосредоточенно обрабатывающего фотографии на ноутбуке за рабочим столом.
Ночевать у Артёма мне тоже по кайфу. Я уже не стесняюсь, что с утра могу как-то не так выглядеть. Артём вон вообще не парится насчёт своего внешнего вида. Он может поднять голову с подушки, от которой на его лице остались следы. Потереть кулаком глаза. Поцеловать меня в нос, пожелав доброго утра. Сладко потянуться и пойти на кухню готовить завтрак. И за вид его голых ягодиц, которые через несколько секунд скрываются за боксерами, я готова ему простить всё на свете. И вообще я считаю, что сонный, только что проснувшийся Артём — это отдельный вид прекрасного. В такие моменты он даже пахнет как-то по-другому. Чем-то тёплым, уютным и родным.