— Я отключаюсь. Не буду портить момент, — и действительно отключается, оставив меня один на один с загадочной находкой.

Убираю телефон в карман куртки. Аккуратно надрываю конверт сбоку. Там ещё один с надписью: «Осторожно! Высокая концентрация ванили!!! (Может что-то слипнуться)».

С замиранием сердца вскрываю. Внутри сложенный пополам лист А4. Раскрываю. Рисунок от руки: кардиограмма сердца, переходящая в прямую линию.

Как на лавочке в парке.

Только подпись другая: «Не оставляй меня во мраке бытия :)»

Переварив послание, делаю глубокий вдох. Сдерживая улыбку, набираю Артёма.

— Дурилка ты, — произношу, как только он отвечает на звонок.

— Ну вот. Как тебе в любви ещё признаться? Я и в устной, и в письменной форме постарался. А тебе всё не так.

— Да всё так. Но ты так внаглую воспользовался уличным творчеством и словами Агнессы Мирской.

— Неизвестный художник переживёт, а Агнессе ты же ничего не скажешь?

— Нет, конечно. Хоть где-то её стихи пригодились.

— Не слишком приторно?

— Я бы сказала, по-детски трогательно.

— То есть признание засчитано? А то могу в тебя ещё яблоко кинуть.

— Это ещё зачем?

— Так в Древней Греции проявляли свою симпатию к девушкам.

— Какие глубокие познания. Но обойдёмся без яблок. Мне вполне хватило письма.