В отчаянии сворачиваюсь в душе, не выполняя его приказа.

— Пожалуйста, прекрати, — умоляю, всхлипывая.

Последние двадцать четыре часа я провела в руках монстра. Он насиловал моё тело, разум и, наконец, уничтожил мою душу. Во мне жила уверенность, — для отца я мало что значу, но не думала, что Цезарь станет рассматривать меня как мелкую разменную монету.

— Раздевайся, — повторяет он, хватая меня за волосы и заставляя встать. Теперь мы лицом к лицу, я хотела бы быть сильнее, чтобы восстать, но единственный способ положить этому конец — убить его, а я не могу этого сделать, я не такая, как «они». Я не убиваю.

— Джулиан, почему я? — спрашиваю, неохотно снимая рубашку.

— Потому что ты — это то, что не должно существовать, — отвечает он, проводя большим пальцем по моим губам, — я лишил тебя невинности… Скажи мне, Бланка, как сильно ты ненавидишь меня за то, что я замарал тебя?

Я снимаю шорты, и новая решимость пронзает меня как меч. Я верну себе свободу ценой смерти.

— Ты можешь уничтожить меня, но ты не сможешь подчинять меня вечно, — отвечаю твёрдо.

Забавляясь, Джулиан смеётся над моими словами, затем его взгляд снова становится серьёзным, и он приговаривает:

— Я уничтожу тебя, а потом восстановлю идеальной. Только тогда ты будешь желать меня так же отчаянно, как я хочу тебя сейчас.