Я смотрю, она еще сомневается, рассказывать нам все или нет. Я решила надавить на больную мозоль.

– Вы ее любили? Софью эту?

– Нет. Кто ж ее, шантажистку, любить может?

– Шантажистку? И чем она вас шантажировала?

– Да всем. Любую мелочь замечала. Даже не знаю, с чего начать…

– Начните с начала. Как семья ювелира появилась в вашем поселке?

– А зачем так далеко? – маме интересно, зачем мне такие сведения.

– Нужна любая мелочь. Убийства двадцать лет назад начались.

– Двадцать лет назад? – переспросила шокированная Мария Ивановна.

– Вот именно. И полиция не знает, что с этим делать? Поэтому к тебе вчера приперлись? – маме не откажешь в прозорливости.

– Начнем? Я вас слушаю, Мария Ивановна, – специально называю ее полным именем, чтобы включилась ее сущность – училка школьная.

– Натан Львович появился в поселке давно. Еще не было коттеджного поселка. Они самый лучший дом здесь купили. Хозяин в Германию с семьей уезжать собирался и дешево продавал. Срочно. Натан купил, заехал. Стали они обживаться. Потом смотрю, они исчезли куда-то. Почти полгода или год их не было, а потом Сара, жена его, приехала с ребенком. Они прикупили второй участок рядом. Та семья тоже куда-то уехала. Хотя странно: никуда они уезжать не собирались вроде. В общем, появился у них ребенок. Потом стали все замечать, что ребенок беленький. Ну и откуда? Откуда, если оба родители черные, как головешки?

– А вы рассказывали, что они говорили, якобы в деда ребенок пошел? Вы хоть раз деда этого видели?

– Не видела. Но люди после этих слов смеялись.

– Почему?

– Если рассуждать логически, он Львович, а жена – Моисеевна. Ну и где светловолосый и голубоглазый дед тут может быть?

– Логично. А в кого тогда Марк такой весь беленький и пушистенький? Что люди говорили?

– Говорили, что детдомовский. Или от любовницы Натана.

– Была любовница? Русская?

– Любовница была хохлушка. Она была беленькая. Работала в сельмаге. В нее Марк, может быть, и пошел…