– Богданов, имей совесть. У меня всего пять с половиной часов на сон, – рухнув на диван, взбиваю подушку и наконец-то вытягиваю ноги.

– Саш, это Майя. – отвечает совсем не тот голос, который я рассчитывал услышать. – Я только что узнала, что ты…

– Бл*ь, дай мне Олега, – рявкаю в трубку. Он совсем о*уел? Просил же не разносить всем подряд, где я нахожусь. Даже родители не в курсе. На хрена лишнюю панику разводить? Меньше знают, крепче спят. Стресс и переживания, между прочим, ослабляют иммунитет, а они в зоне риска по возрасту и хроническим заболеваниям. Майя же им в первую очередь доложит! Идиот, блин.

– Не дам. Я сто раз звонила, но ты же не отвечаешь, – лепечет Майя. – Пришлось пойти на крайние меры. На Олега не нападай, я ему выбора не оставила.

– Боюсь представить, каким жутким пыткам ты его подвергла, – раздраженно бурчу в ответ.

– О, я была крайне жестока. Можешь мне поверить на слово, – она пытается пошутить, но получается на троечку. Слышу, как один языкастый козел ржет на заднем фоне, Маринка тоже что-то подкрякивает. Супер, они еще и на громкой связи. Сводники гребаные. Мать бы еще взяли в свою дружную компанию. Вот было бы веселье.

Что же они все никак не угомонятся до сих пор?

Не надоело?

– Что тебе нужно, Май? У меня все нормально. Жив, здоров, в твоей помощи не нуждаюсь, – вот теперь я откровенно хамлю. – Выспаться хочу перед следующим дежурством, так вы не даете, заботливые мои.

– Саш, ну зачем ты так? Я же переживаю.

– Май, переживай, пожалуйста, о себе, а я как-нибудь сам. И раз уж Олег оказался таким треплом, я тебя по-человечески прошу, родителям моим не говори ничего. Договорились?

– Я же не дура. Все понимаю, – обиженно отвечает Майя. – Они, кстати, клинику временно закрыли. Ты знал?

– Я им это и посоветовал.

– Ты точно в порядке?

– Точно, Май.

– Можно я тебе еще позвоню? – робко просит она. – Пожалуйста. Я спать не смогу спокойно…

– А я бы хотел поспать спокойно, – мрачно отзываюсь я.

– Саш, я буквально на минутку буду звонить.

– Май, зачем ты себя мучаешь?

– А вот это не твое дело, Кравцов. Хочу и мучаюсь. Может, мне так нравится? Тебе-то что? – она еще и язвит. Прелесть какая.