***

Работа в «L'anima» мне приносила удовольствие и поднимала настроение. Особенно веселушка и хохотушка Вивьен, с которой мы сразу сдружились. Француженка в душе с торчащими во все стороны курчавыми волосами и милой россыпью веснушек на лице, которую она называла contrariété (с франц. досада). Она боготворила Вивьен Вествуд, винтаж, обожала сладкое и французский. Была безнадежным романтиком и мечтала уехать в Париж.

— В этом королевстве небоскребов нет души, — разглагольствовала Вивьен на досуге, сдувая курчавую прядку с лица. — Ты только представь, Ливи: Эйфелева башня, пикник на Марсовом поле или прогулка по Елисейским полям под руку с французом, который нашептывает на ухо приятности…

— Ви, хватит страдать фигней, бери поднос и работай, — одергивал ее бариста Саймон. «Француженка» надувала обиженно губы, незаметно показывала язык и встречала нового посетителя.

Бывали дни, когда мы закрывали кафе и разговаривали за чашечкой чая или кофе. Вивьен была интересным и внимательным собеседником, она могла выслушать и поддержать разговор, что-то посоветовать, рассказать интересные факты или веселую историю. Впервые я так открыто и свободно с кем-то общалась, ведь до этого у меня не было близких подруг. В Вивьен я увидела искреннего человека, кому могу довериться.

— Ливи, ты когда-нибудь влюблялась? — спросила Вивьен, когда у нас снова был вечер посиделок и разговоров.

Я сразу стушевалась и поджала губы. Меньше всего хотелось говорить на эту тему, ведь рана была довольно свежа и сыпать на нее соль — абсурд.

— Ох, — вздохнула девушка, накрывая мою ладонь и заглядывая в глаза, — прости, douce (с франц. милая), иногда я бестактна.

— Нет, все в порядке, — качнула головой, отгоняя грусть. — Но это безответная любовь, которая ни к чему не привела.

— Douce, но ты знаешь, каково любить, быть окрыленным, — мягко улыбнулась Вивьен. — Но представь, что есть те, кто не познал этого прекрасного чувства. Они несчастны.

Девушка погладила мою руку, сделала глоток кофе и посмотрела в окно. Я задумалась над ее словами, ведь отчасти Вивьен была права, но она не знала, какую боль испытываешь, храня любовь под сердцем. Когда крылья обрезают, и уже не можешь взлететь.

— Ты видела, как на тебя смотрят мужчины? — кинула на меня игривый взгляд Вивьен.

— А они смотрят как-то по-особенному? — усмехнулась я, допивая свой кофе. Я не обращала никогда внимания на интерес противоположного пола к моей персоне, разве что… Разве что, я помнила, как смотрел на меня Габриэль. Его взгляд пронизывающий, выразительный, как и нефритовые глаза.