— Ты думаешь, что легче уйти от решения проблемы, если проблема уничтожает тебя. Ты думаешь, что так легче, но прежде, чем ты бросила мне верёвку — это была единственная вещь, за которую я мог держаться.

Останавливаю Мустанг у круглосуточной аптеки и, возвращаясь через несколько минут, кидаю девушке на колени коробочку.

— Сказали, что мазь снимает и «замораживает» боль, — отрешенно произношу, чувствуя на себе удивленный взгляд Ливии. «Да, такая я бесчувственная скотина, Осборн».

— Спасибо, — тихо бормочет она, я только хмыкаю, размышляя, куда подевалась вся ее дерзость. Проезжаю несколько кварталов и притормаживаю у здания отеля. Осборн оглядывается и спокойно выдыхает. Наверное, думала, что я ее украду и завезу хрен знает куда.

— Спасибо, — звучит снова это слово.

— Ты сегодня просто рассыпаешься в благодарностях, такая вежливая, не учитывая пожелания сходить в жопу, — глушу мотор и разворачиваюсь к девушке, встречая задумчивый взгляд. Тянусь, чтобы поправить выбившуюся прядь, но она уклоняется и тихо шепчет:

— Спасибо за мазь и что подвез, — открывает дверь и, прихрамывая, направляется к входу. Цыкаю, швыряю связку ключей «валет паркингу» (valet parking — другими словами парковщик) и подхватываю за талию упрямую колючку.

— Спасибо за беспокойство, но я могу сама дойти до номера. Для этого есть лифт, — хмуро ворчит девушка, и я подавляю желание закинуть ее на плечо.

— Осборн, у тебя сегодня любимое слово «спасибо»? «Спасибо» в карман не положишь вообще-то, на кофе ты не пригласила, значит, беру инициативу в свои руки.

— Кто пьет кофе перед сном? — припирается колючка, когда мы проходим мимо ресепшна, и я одариваю милой улыбочкой блондинку, которая ошарашенно выпучивает голубые глаза и теряет, кажется, дар речи при виде «звезды».

— Я пью. И кто говорил о сне? — заходим в лифт, и я вопросительно поднимаю бровь. — Какой этаж?

— Пятый, — Ливия странно смотрит и отворачивается.

Номер небольшой, но уютный. Осборн сразу берет какие-то вещи и закрывается в ванной, пока я осматриваюсь и плюхаюсь на кровать, отписывая Джи, что Красная Шапочка успешно доставлена к «бабушке». Браун перезванивает, и несколько минут уверяю настойчивую подругу, что Ливия в ванной и перезвонит потом.

— И чем вы там будете заниматься? — не отстает Джинет, и я гортанно смеюсь.

— Будем распивать чаи и рассуждать о смысле жизни, — говорю серьезным тоном, прохаживаясь по номеру, и останавливаюсь у окна, поглядывая, как за стеклами до сих пор кружит снег.

— Ты останешься ночевать у Ливии? Разве она не против? — удивленно спрашивает Браун.