— Прозвучало очень сомнительно, — фыркает Райт.

— Учитывая то, что она едет с Серым Волком, — ржет Шемми, и я посылаю ему красноречивый жест.

— Бля, да ну… Достали, — если сейчас не уйду, вечер закончится скандалом. — Всем покеда. Если надумаешь, жду в машине, — обращаюсь к Ливии, бросая взгляд типа «Слабо?». Все-таки интересно, рискнет или нет.

Опираюсь спиной о машину и выкуриваю сигарету, когда из гаража появляется прихрамывающая закутанная в объемный шарф Осборн. Двигаюсь к ней, чтобы помочь, но она корчит такую героическую моську, что я только хмыкаю и услужливо открываю пассажирскую дверь.

— Удивительно, ты преодолела три метра и не на… — кашляю, заглядывая в нахмуренное лицо, и давлюсь ржачем.

Девушка называет адрес и отворачивается, пресекая любые попытки пообщаться и выйти на контакт. Херова снежная королевна. Ну, ничего, и не такие ледышки таяли.

— Странно, что ты не вылила снова пиво, — вспоминаю тот эпизод и удовлетворенное выражение Осборн, будто она вечность ждала, чтобы совершить этот храбрый поступок.

Нет, признаю, все же было весьма неожиданно, хотя я находился в том состоянии, когда на любые слова и действия плевать. Поэтому не очень впечатлился. Только помню, как выслушал речь о «правильном, уважительном» отношении к женскому полу от Джинет; как по-ублюдски поступил, опуская Ливию до уровня обычной подстилки. Да ни хрена они не знают! Они не знают, что Осборн, как шпионский солдат пробирается в закоулки души, выуживая то, что я забываю гребаные годы! А я не хочу мариноваться и ностальгировать по неудачному прошлому, рассказывая, как плохо поступили родители и бросили маленького Габриэля. Это никак не стереть из мемуаров памяти, только сжечь. Да, я поступил как конченная обдолбанная мразина, но это, черт возьми, не их дело! Осборн должна понять, что не будет конфетно-букетного периода, романтики и свиданий а-ля «держаться за руки на закате». Затем Эванс приехал и сказал, что я просто тупой мудак, раз упускаю такую девушку, как Ливия. Я ответил, что ей очень повезло не связываться с таким долбанутым уродом — нервы в сохранности останутся. И укатил снова развлекаться…

Хотя, кому я вру… не хочу, чтобы Осборн исчезала из моей жизни. Я уйду сам, когда придет время.

Ливия насуплено молчит, и я забиваю на попытки заговорить. Люблю наши перепалки, ее ругательства и злобное выражение, когда шоколадные глаза метают молнии. Она, наверное, ждет извинений или типа того. Пусть ждет. Удачи. Включаю радио, и тишину салона нарушает голос Боно — вокалиста легендарной ирландской группы U2.