И пока пытаюсь как-то справиться с охватившей меня паникой, на пороге комнаты появляется фигура охранника, которого я только что буквально не размазал по стенке за то, что не усмотрел за моей женой. Его молчаливый взгляд переходит с меня на распахнутую дверь ванной. Он стоит так, что не может видеть Нику и вообще все, что внутри. Но он отлично видит ружье в моей руке - и его брови медленно сползаются к переносице. Только вышкол многих лет работы на меня не дает этому барану сделать шаг вперед, чтобы сунуть свой поганый нос в наши семейные дела.

— Олег Викторович? - Он сглатывает и снова поглядывает на дверь, из-за которой все еще доносится характерный звук льющейся воды. - Все… в порядке?

Вопроса тупее и придумать нельзя.

— Вызвать… полицию?

— Ты совсем конченый?! - ору на него во всю глотку, потому что искренне верил, что человек, которому я плачу баснословные бабки за то, чтобы он выполнял команды и не включал голову, не будет нести такой бред. - Ёбнулся окончательно, блядь?!

Как-то так получается, что я разворачиваюсь к нему всем корпусом - и дуло ружья, над которым еще тянется тонкая струйка дыма, теперь смотрит прямо на него. Охранник пятится назад, но я быстро откладываю ружье.

— Скажи, что просто… - пытаюсь на ходу придумать какое-то оправдание этому грохоту, который наверняка слышали даже работники в соседнем коттедже. - Что-нибудь, блядь, скажи! Пусть не поднимают шум!

Когда он уходит, я быстро захлопываю за ним дверь и запираюсь изнутри на защелку.

Делаю круг по комнате.

Внутренности трясутся, словно замороженные потроха.

Она там… жива?

Или нет?

Я убил ее?

С трудом нахожу силы, чтобы заглянуть за дверь - Ника лежит в той же позе, только теперь ее светлые волосы, как водоросли, медленно качаются в луже. И даже палец не шевелится. Пытаюсь подойти ближе, но ноги становятся ватными, как будто каждый новый шаг приближает меня к чему-то неизбежному.

Черт, блядь.

— Я не собирался… - бормочу, глядя на тело этой сучки, которая, наверное, просто снова прикидывается, чтобы усыпить мою бдительность. - Ты сама меня довела! Ты сама, слышишь?!

Отхожу назад, шарахаюсь от прислоненного к столу ружья.

Хватаю его, вытряхиваю на ладонь две тяжелых раскаленных гильзы. Сую в карман. Потом достаю из кармана и озираюсь в поисках подходящего места, куда их можно спрятать до тех пор, пока я не придумал, как расхлебывать всю эту хуйню. Первое же подходящее место - большая ваза с искусственной орхидеей. Такая же уродливая, как и Ника там, на кафеле. Бросаю туда гильзы, тянусь за телефоном, нахожу номер Тамары и не сразу понимаю, почему не могу до нее дозвониться. Я же ее заблокировал, блядь.