– Нет, мы не вместе. Но я… Я люблю его.

– Просто пи*дец, бл*дь! – сердито выкрикнул Соколовский. – Я тебя… я всегда… – глаза Соколовского заблестели, и несколько дорожек прочертили лицо. Сердце Стаси отозвалось на это мучительной пульсацией. – Я любил тебя! – с болью в голосе признался парень. – А ты…

– Артем, я… Мне очень жаль, – ей было трудно подобрать слова. Любые слова в данном случае казались ей либо жестокими, либо безразличными. А Стася знала, как сильно может ранить и то, и другое. Но она старалась оставаться честной с Артемом. – Даже если бы не было Егора… Я всегда относилась к тебе только как к другу. И, как друга, я тоже люблю тебя… Как друга, Артем.

– Нет… Замолчи! Ты просто… просто… Не хочу больше тебя видеть! – сердито выдал Артем, смахивая с кухонного стола вазу с цветами.

Грохот, треск, всплеск и лязг осколков по деревянному полу впивались в Стасино сознание болезненными шипами.

– Мне жаль, Артем… – повторила она. – Жаль, что так вышло. Я никогда не хотела причинить тебе боль.

– Да пошла ты…

Соколовский покинул помещение, а Стася, словно окаменев, продолжала стоять и смотреть в пустоту. Чувство вины затапливало ее сверху донизу, и она никак не могла с этим справиться.

– Почему ты здесь?

Сладкова испуганно выдохнула и едва удержала равновесие, услышав голос Егора за спиной.

– Артем… – не оборачиваясь, обхватила себя руками. – Пришлось рассказать ему, что я люблю тебя… И он… Ну, он расстроился.

Только произнеся это вслух, Стася ощутила облегчение.

– Он что-то сделал? – в голосе Аравина сквозила знакомая жесткость. – Обидел тебя?

– Нет, – поспешно заверила Стася, разворачиваясь к Егору лицом. – Нет. Правда, все нормально. Просто… я тоже расстроилась, что все так получилось.

Аравин обнял ее, привлекая к груди.

– Никому не давай себя обидеть, Стася. Даже тем, кто тебе по-настоящему дорог. Никто не стоит твоих слез и переживаний.

– Ох, Егор…

– Ты меня поняла?

Закрывая глаза, позволила его словам разместиться в своем сознании.

– Да.