— Что угодно, — вздохнула я. — Я просыпаюсь зверски голодной последнее время.

— Сейчас сделаю яичницу с беконом, — ответил он, поскрипывая носками по ковру, а затем скрылся в коридоре. Его шаги были едва слышны, но я слышала, как он возится на кухне, стараясь не шуметь.

Я посмотрела вниз, встретившись взглядом с Мэдди. Она была моей точной копией — мои глаза, мой подбородок, мои черты лица. Жаль, что у меня не было моих детских фотографий, чтобы показать Трексу, насколько она похожа на меня, хотя ему и не требовалось доказательств.

— Доброе утро, любовь моя, — проворковала я, отталкиваясь ногами от пола и укачивая нас в кресле.

Трекс взял две недели отпуска в связи с рождением ребёнка, но все и так были на выходных из-за новогодних праздников, так что мы ждали в гости всех наших друзей. Весь отряд Трекса собирался приехать, а также Хэйли и родители Трекса, Ставрос и Андер и горный отряд пожарных, а также парочка знакомых мне пожарных из других частей, вроде Блэк Меса и отряда Крейга. Джей Ди с Карли и девочками также собирались приехать. Я не видела Карли с тех пор, как она высадила меня на автовокзале в Киллин, Техас. Мне не терпелось обнять её и поблагодарить. Если бы не Карли, нас с дочерью не было бы в этой комнате, а мой бойфренд не готовил бы мне завтрак дальше по коридору. Скорее всего, меня вообще бы не было на свете.

Я размышляла о том, как однажды рассказать обо всём этом Мэдди, без прикрас, но как можно мягче — оставалось лишь надеяться на озарение. Будет совсем непросто рассказать ей, что Трекс не был её настоящим отцом и что Шон измывался надо мной так ужасно, что я не в силах была говорить об этом. Что Шон был убит при попытке прикончить Трекса после того, как жестоко расправился с молодой женщиной, чья единственная вина заключалась в том, что она пыталась использовать Шона, чтобы вызвать ревность у бывшего любовника.

— Некролог Лэйн наконец напечатали в газете, — заметила я.

— Я видел, — отозвался Трекс с мрачным видом. — Она была вредной, но такого она не заслужила.

— Я знаю, каково ей пришлось, — покачала я головой. — Мне знакома эта боль, я на своей шкуре ощутила то, через что она прошла. Я не могу перестать думать об этом. А тут ещё Андер и Ставрос горюют по Тильде…

— Ты тоже горюешь по ней.

Я кивнула. Мы теперь так свободно разговаривали с ним о чём угодно. Учитывая всё произошедшее, иначе и быть не могло.

— Как ты это делаешь? Как можно жить нормально после того, что случилось… после того, что ты видел?

— Это новая норма. Нужно время. Иногда помогает психотерапия, и это хорошо.