— Ты её отец. Я её мать. Вот и вся правда.

— Ты уверена?

Я кивнула.

— А ты?

Трекс поставил тарелки на стол и обвил меня руками. Он нежно поцеловал меня, позволив своим губам задержаться на моих подольше, прежде чем ответить.

— До самой смерти.

Я уселась за обеденный стол рядом с Трексом, взяла его за руку и произнесла быструю молитву, а затем принялась за его знаменитую яичницу-болтунью, блаженно мурлыча.

— Уф, как же мне не хватает этого звука, — вздохнул Трекс.

— Придётся подождать ещё четыре с половиной недели, — захихикала я.

— Вполне обоснованно, — поморщился он, — но всё равно пытка.

— Нас ждёт куча дел сегодня, — сказала я. — Я займусь уборкой, а ты займёшься припасами и…

— Сниму рождественские гирлянды с дома и уберу украшения. А ещё отпраздную первый новогодний день, который я встретил без похмелья.

Я улыбнулась, подперев подбородок ладонью.

— Помню, как впервые увидела тебя. Ты был так несносно настойчив в своей доброте. Ты заботился обо мне, хотя тебя об этом не просили, и ты не ждал ничего взамен. Ты приглядывал за мной. Ты показал мне, какой должна быть любовь, когда я ещё не знала, что люблю тебя. И когда я колебалась, упиралась и всячески сопротивлялась… ты всё равно меня любил, — я обвела рукой вокруг себя. — Ты купил всё это для нас, надеясь, что мне захочется всего этого, — я покачала головой. — Как? Как мне так повезло?

— Нет, это мне повезло, — улыбнулся он, взяв меня за руку и поцеловав ладонь.

— Я только и делала, что сопротивлялась тебе на каждом шагу.

— Это того стоило, — ответил он, жуя кусочек бекона, который он только что положил в рот, и оглядываясь. — Ты мой дом. Это наш дом. Мэдди дополняет картину. Поверь мне, я целую жизнь прожил, ни с кем не церемонясь. Если я и стал добрым, то только благодаря тебе — из-за тебя я хочу быть добрым.

— Я так тебя люблю, — я коснулась его щеки, позволив своим пальцам пробежаться по щетине на его челюсти.

Он вздохнул с видом полнейшего удовлетворения и тут его глаза загорелись.

— Вот блин. Я собирался сделать это позже, когда все съедутся сюда, — он встал и, подойдя к рождественской ёлке, выдернул коробочку откуда-то из-за задних веток. — Я просто не могу не сделать этого сейчас. Это слишком идеальный момент.