Годы восьмой, девятый и десятый, а также большая часть одиннадцатого пошли под знаком совершенно новой карьеры: причем не только для нее одной. Тайну об истинной подоплеке гибели Стивена Анжела не поведала никому, даже Ваньке, который, в одночасье отказавшись от своей адвокатской московской карьеры, сделался ее ассистентом. Мама Нина его поддержала, папа Витя был категорически против, а о мнении «сестренки» Нинки история стыдливо умалчивала. Ванька, как оказалось, уже готовился к новому витку своего жизненного пути, твердо веря, что однажды раздастся телефонный звонок – и Анжела сообщит ему, что он ей требуется. Так, в сущности, и произошло. Анжела не могла поведать ему правду, настолько ужасной она была. Нет, она полностью доверяла Ваньке, знала, что он не предаст и не выдаст. Однако, рассказав ему все то, что ей было известно и что сотворил Стивен, а после его гибели и она сама, она сделала бы его соучастником против воли, а на это она пойти не могла. Ванька уже прочитал кучу умных книжек по азам фотографии, а также просмотрел все видео по этой тематике на новой интернет-платформе YouTube. Он был истинным самородком и схватывал все на лету – даже объяснять не приходилось. Анжела была уверена: в его годы она была гораздо более неповоротлива и менее сообразительна.

Сама она отказалась от большего числа гламурных заказов, решив сменить профиль. На некоторые такие заказы (все же именно они были наиболее прибыльными!) она все же соглашалась, но гораздо, гораздо реже, чем раньше. Так не было нужды вступать в разговор о трагической судьбе своего супруга, погибшего в расцвете сил и таланта.

О, если бы они все знали…

Но, конечно, не знали: и этому поспособствовала она сама. Анжела иногда думала, что совершила чудовищную ошибку, не предав огласке все те сведения, которые стали ей известны.

Но теперь все улики были ею же уничтожены, и она стала подельницей покойного Стивена. Все его помнили, чтили, о нем искренне горевали – и она была единственной, кто знал правду.

Знала – и молчала.

Новым направлением ее творчества стали флора и фауна, дикая природа, погодные феномены, геологические раритеты и чудеса архитектуры и техники.

Люди постепенно исчезали из ее работ, и Анжела понимала: с животными, растениями, тайфунами, вулканами, заброшенными монастырями и старыми шахтами ей намного спокойнее.

От них не исходила такая опасность, как от представителей рода человеческого.

Спустя несколько месяцев после смерти Стивена сразу несколько ее работ удостоились первого места как «Фотография года» по версии журнала «Дискавери» в разных категориях.