– Он еще маленький…

– Пусть привыкает! Потом будет поздно.

Ужинали молча. Александр ел жадно, торопился отдохнуть.

– А почему ты не готовишь первое? – вдруг поинтересовался он. – Для больного желудка это очень полезно.

– Первое? На ужин? – удивилась Мила.

– Это ты ешь, когда и сколько захочешь, а я весь день голодаю – в столовке такую гадость дают, что желудок бунтует. Мужчине без первого никак нельзя, – категорично объявил он. – Возьми на заметку!

– Саша, я не буду успевать – я ведь в две смены работаю…

– У меня день и вовсе ненормированный. Что ж прикажешь делать? Вышла замуж, будь добра – успевай.

Тема захныкал. Мила заученным движением прижала его к груди.

– Тебе не кажется, что он слишком беспокойный? – уточнил муж.

– Он – маленький, живой человечек, – Мила сжала сыну губы.

– Все ноет и ноет, – нахмурился Саша. – Может, он больной? Своди его к врачу!

– Ему просто не хватает внимания…

– Так уделяй ему больше времени! Чем ты весь день занимаешься?

Мила подавила вздох и опустила глаза. По ее щекам покатились слезы.

– А чай у нас будет? – вместо того, чтобы проявить сочувствие, упрекнул муж.

– Бегу, – сорвалась с места она, глотая слезы.

Убрав со стола, Мила унесла в кухню грязную посуду и стала укачивать сына. Он долго хныкал и кряхтел, но, наконец, сдался и перестал бороться со сном. Мать сумела добраться до кровати лишь час спустя. Едва жена погасила свет, Саша открыл глаза.

– Ну, ты и копуша, – он обнял Милу и спешно стащил трусы.

– Саша, лучше поспи, ты же не чуешь рук и ног.