– Да, тебе нравится, когда тобой восхищаются и делают комплименты, так, Пайпер? Нет лучшего комплимента, чем то, как ты возбуждаешь меня, верно? Как грубо ты заставляешь меня тебя трахать? Даже не могу спустить чертовы джинсы.

Ее дыхание сбилось, и она начала извиваться под ним, вцепившись пальцами в одеяло, и приглушенно выкрикнула его имя.

– Давай. Кончи еще, детка. Хочу сделать тебя чертовски безвольной.

Голубые глаза словно ослепли, она хрипло застонала, ее бедра подергивались под ним, спазмы сотрясали ее изнутри, подводя его к пику. Он еще раз вошел в горячий канал, проникая глубоко, глядя ей в глаза. Прорычал ее имя, освобождаясь от мучительного давления между ног, тяжело дыша, прижимаясь к ее голове.

– Я люблю тебя, – выдохнула она. Слова, казалось, застали ее врасплох, встревожили, и Брендан задался вопросом, может ли его сердце вырваться из груди. Как ему пережить ее? Каждый раз, когда он думал, что его чувства к ней наконец достигли апогея, она доказывала, что он ошибался, и его грудь распирало еще на один размер. Как он сможет продолжать в том же духе в течение следующих пятидесяти, шестидесяти лет?

– Пайпер, я тоже тебя люблю. Я люблю тебя. – Все еще прижимая ее к кровати, он оставлял медленные поцелуи на ее виске, плече, шее, наконец скатился с нее, крепко прижимая ее к месту, которое она называла станцией подзарядки. И он рассмеялся над этим названием, но, когда она угнездилась в его объятиях, черты ее лица расслабились, и она вздохнула, как будто то, что он держит ее, действительно делало все хорошо. Господи боже, эта привилегия успокоила его.

– Я никогда никому этого раньше не говорила, – пробормотала она, положив голову ему на бицепс. – Никогда не думала, что эти слова ощущаются так.

Он провел рукой по ее волосам.

– Как ты думала, они ощущаются?

Она задумалась.

– Думала, буду рада отделаться от них побыстрее. Все равно что пластырь сорвать.

– И что ты почувствовала вместо этого?

– Все оказалось наоборот. Они словно наложение повязки. Плотно и надежно. – Мгновение она изучала его подбородок, затем подняла на него глаза. – Я думаю, это потому, что я доверяю тебе. Я полностью доверяю тебе. Это огромная часть любви, не так ли?

– Да. Я думаю, так и должно быть. – Он сглотнул комок в горле. – Но я не эксперт, детка. Я никогда так не любил.

Ей потребовалось мгновение, чтобы заговорить.

– Я больше никогда ничего не буду от тебя скрывать. – Она прерывисто вздохнула. – О, вау! Большие заявления после секса. Но я говорю серьезно. Больше не буду держать все в себе. Даже на время поездки в лифте. Тебе не придется бороться за то, чтобы залезть ко мне в голову. Я этого не хочу. Не хочу быть для тебя постоянной работой, Брендан. Не тогда, когда ты так легко заставляешь себя любить.