– Мы готовим по очереди, но обычно Дик, потому что ему нравится это делать.

– Жаль, что ты не сможешь там насладиться чем-то вроде моего соуса, – вздохнула она.

– Ты права. – Он поцеловал ее в шею. – С ним ничто и никогда не сравнится.

– Я приготовлю его, когда ты вернешься домой. Две порции.

– Будь наготове, – пророкотал он, проводя пальцем по поясу ее брюк.

Пайпер откинула голову назад, и их губы встретились в медленном поцелуе, который заставил его задаться вопросом, когда они смогут остаться вдвоем в постели. Ему не терпелось услышать эти настойчивые стоны, выучить их наизусть, чтобы завтра забрать с собой на шхуну.

– Брендан?

– Да?

Она подавила смешок.

– Как долго ты собираешься есть этот соус, прежде чем признаешься, что тебя от него тошнит? Я так проиграю свое пари с Ханной.

Он засмеялся так громко, что она уронила ложку в соус.

– Ой! – Пайпер попыталась пальцами выудить ложку из пузырящегося соуса, но с визгом отдернула их. – Вот дерьмо! Ай!

Его смех тут же стих, он развернул ее, быстро вытер кухонным полотенцем обожженные пальцы и поцеловал.

– Ты в порядке, детка?

– Да, – выдохнула она, миниатюрное тело начало вздрагивать от смеха, прижимаясь к нему. – Думаю, потеря пары пальцев – это цена победы в пари.

– Мне нравится этот соус. – Заинтересованный, он пошевелился. – Сколько времени, по мнению Ханны, потребуется, чтобы…

– Чтобы ты признался, что тебя тошнит от моего соуса? Вечность.

– Вот сколько времени это и должно было занять, – прорычал Брендан, злясь на себя. – Ты должна была проиграть. И ты тоже должна была предположить, что это займет вечность.

Ее губы дрогнули.

– Не злись. – Она прижалась щекой к центру его груди. – Я должна была услышать твой громкий, чудесный смех. Я двукратный победитель.