– Пойдем!

– Мне больно, отпусти! – отдернула руку.

– Встала и спокойно пошла за мной, – тихо шепнула Элизабет дочери, в ее голосе было столько злости и разочарования, но лицо не выдавало ничего, оно было спокойным, ни единая мускула не дернулась. – Что ты себе позволяешь?

– Что я такого сказал? – Аннетта недоумевала, чем она так разозлила маман.

– Ты как будто не понимаешь?

– Да прекратите вы меня учить! Он ей не нужен, она – стерва!

Внезапно ветер завыл сильнее, разбудив деревья, он ревел, словно разъяренный зверь. Мадам Бастьен ударила дочь по лицу, ладонью, наотмашь, оставив на щеке Аннетты красно-розовый отпечаток. Девочка схватилась за лицо, в глаза застыли слезы.

– За что? Почему? В чем я неправа?

– Я долго терпела, но это уже переходит все границы! Подумай над своим поведением, завтра поговорим.

В сад вышел Филипп, он прямиком направился к Аннетте.

– И зачем ты это сказала? – упрекнул Филипп.

– А ты не понимаешь? Ты же хочешь вернуть Софи, может, мы объединим усилия?

– Пошли назад и сделай вид, что ты рада за сестру, – он взял её под руку.

– Отпусти! – закричала она. – Не хочу я изображать радость, не хочу!

– Аннетта, здесь свадьба, а если ты зайдешь с таким выражением лица, то приятного будет мало, не хочешь думать о Софи, подумай о родителях. Ты расстраиваешь их.

– Так, родственники, все собрались! Свадебное семейное фото! Не крутитесь! Пожалуйста, встаньте поближе! – фотограф двигал гостей, переставляя их с места на место, как кукол, чтобы сделать снимки. – Отлично!

– Жак, как думаешь, – Зои и Жак танцевали. – Способна ли Аннетта совершить поступок, о котором может пожалеть?

– На что ты намекаешь?

– Ты её тост слышал?

– Да, она, конечно, переходит границы, но не думаю, что она сделает что–то. Она замужем, Пьер неплохой парень.