Её сердце учащенно забилось. Аэлиту накрыло чувство торжественности, как перед игрой в спектакле. Но это возбуждение не было приятным.

– Просто я решила… решила уйти от тебя, – и она вместо того, чтобы сложить последнюю кофточку, просто бросила её в чемодан, а потом начала его закрывать.

– Уйти… – услышала она его чёткое, но тихое слово. – С чего вдруг? Что случилось?

Она почувствовала, как он начал делать медленные шаги ей навстречу. Но она по-прежнему была занята застёгиванием чемодана, и её глаза были опущены.

– Сегодня в больнице я встретила… встретила Максима, – выдохнула Аэлита. – Мы поговорили я… я решила, что ухожу к нему.

Застегнув чемодан полностью, Аэлита спустила его с кровати и покатила к двери.

– Вещи Эммы я уже собрала, – добавила она. – Я разбужу её, и мы уйдём. Не волнуйся, ты сможешь видеть её. Потом мы обо всём договоримся.

Аэлита вышла из комнаты, так и не сумев взглянуть на него. Как бы ей хотелось, чтобы на этом всё закончилось. Но Павел догнал её, когда она собиралась войти в комнату дочери.

– Ты Эмме что-нибудь говорила? – спросил он, подбежав к ней.

– О чём?

– О том бреде, про который ты мне только что сказала.

– Я ей ещё ничего не говорила. Объясню всё по дороге.

Она взялась одной рукой за дверь комнаты Эммы, но Павел не позволил ей её открыть. Он забрал у неё чемодан и сказал:

– Сначала поговорим.

А потом он повёз чемодан за собой по коридору.

– О чём нам говорить? Я тебе всё сказала! – выкрикнула Аэлита ему вслед.

Павел ничего не ответил. Аэлите пришлось последовать за ним. Она увидела, что он спускается с лестницы. Когда Аэлита его догнала, они оба оказались в гостиной.

– А теперь говори, как есть, – произнёс он и сложил руки перед грудью.

– Повторяю, я тебе сказала всё.

Павел в ответ на её слова сначала опустил голову вниз, а потом произнёс, глядя ей в глаза: