– Память – великая вещь! – Шульц налил еще по полстакана. – Помнить надо все.
– Войну мы все помним. И гражданскую, и Отечественную! – заметил Кашечкин. – И об этой войне всем расскажем!
– Ты не забывай, что подписку о неразглашении давал, – остановил его Шульц.
– Война в Испании тоже секретная была. А все ее помнят.
– Эту тоже запомнят, – кивнул Шульц. – Только не мы, а американцы. И знаешь, о чем они будут рассказывать?
– О том, что на Москву летать нельзя. Что ни один не долетит. Что репетиция третьей мировой сорвалась! – заявил Кашечкин.
– О том, что полковник Рузаев пинками гнал этого Сильвестра Макарони по вьетнамскому селу! – отметил Шульц.
– Вьетнамский народ благодарный. Он не забудет! – подал голос Тхи Лан.
– Во, еще тост! За вьетнамский народ!
– Ура!
Они снова выпили. И снова запели: