— И что случилось дальше?
Набрала в легкие больше воздуха, пытаясь не растерять остатки ничтожной храбрости.
— Мы снова поругались. Мне было так плохо, а бутылка с вином попалась под руку, и я не поняла, как напилась. ― немного помолчала, чтобы перевести дух. ― Утром я проснулась в своей постели. Он привез меня и ушел, совершенно ничего не сказав. Тогда мне казалось, что всё закончилось, ведь именно это я повторяла ему из раза в раз, но…
— …он не послушал, ― закончил за меня Грег, заставляя сглотнуть.
— Он оказался заказчиком того благотворительного бала, который я организовывала. Ты уехал, и я… не знаю, что произошло… мне просто снесло крышу… он говорил, что до сих пор любит, и что больше никогда меня не оставит… я пыталась оттолкнуть его, правда, пыталась… а затем посмотрела ему в глаза и…
— …поверила, ― прошептал Грег, и мне пришлось прикрыть глаза, чтобы в очередной раз не расплакаться.
— Мы оба понимаем, что это не оправдание. Я проявила слабость… предала твоё доверие, сделала больно. Но… очень надеюсь, что ты сможешь меня простить.
Последние слова говорила, едва сдерживая слезы. Ощутила, как под его весом прогнулся диван, а затем он обнял меня, и я уткнулась носом в мужское плечо.
— Мне не за что тебя прощать, ― вновь повторил он и, притянув к себе сильнее, прижался щекой к макушке. ― Ты следовала зову сердца.
Выдохнув, позволила себе упокоиться и перестать дрожать. Не сразу, но со временем, если он всегда будет вот так держать меня в своих объятиях, мне станет легче. И сейчас я понимала это как никогда отчетливо.
— Почему ты не уходишь… ― пробормотала, подсознательно потянувшись рукой к животу, ― …почему не хочешь оставить меня даже
— Потому что понимаю, что значит, любить кого―то так сильно, ― он положил свою ладонь поверх моей, позволяя теплу разлиться по венам, ― особенно
Судорожно выдохнула и осторожно отстранилась.
Приподняла голову и встретилась с убаюкивающим штилем его зеленых глаз.
Стало страшно. Действительно, страшно. Ведь на какой―то миг мне показалось, что он говорил о малыше. О маленьком человечке, который находился внутри меня, и за которого я теперь была в ответе.