Чай принесли почти двадцать минут назад, а я до сих пор водила пальцем по ободку чашки, так и не сделав ни одного глотка. Пыталась не думать о словах Кэтрин. Правда, пыталась. Но с силой воли в последнее время у нас были практически неразрешимые противоречия.

Статья никак не выходила из головы. Одна лишь мысль о том, через что пришлось пройти маленькому беззащитному мальчику ― а теперь уже и повзрослевшему умеющему постоять за себя мужчине ― заставляло сердце болезненно сжиматься.

Многолетняя борьба со своими внутренними демонами, со своим прошлым, со своей болью. Цельная картинка, в которую всё понемногу складывалось, помогала мне во многом Его оправдывать.

Неконтролируемые приступы гнева. Бесчувственная жесткость. И постоянное желание уберечь дорогих людей от опасности… и в первую очередь от себя. Всем этим можно было объяснить наше первое расставание. Ту боль, которую со временем ему удалось притупить.

Но в этот раз… что послужило причиной?

Ведь он же обещал… говорил, что больше никогда меня не оставит…

…могло ли во всей этой истории быть что―то, чего я просто не знала? Что―то, от чего он пытался защитить меня, и что вынудило его уйти?…

Прикрыла глаза и плотнее сжала губы.

Нет. Он просто мечется. Просто не может понять, чего хочет. Это и есть та самая причина. И ей нужно перестать искать Ему постоянные оправдания.

— …что скажешь?

Уловив последние слова Джека, слабо кивнула, но головы так и не подняла.

— Отличная идея.

Он немного помолчал, видимо, внимательно изучая моё лицо, а затем выдохнул и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку стула.