Та же пыль, те же мешки со строительным мусором, над головой дыра в потолке. Именно оттуда донёсся странный скрежет, будто кто-то царапал каменную стену.

Хр-р… Хр-р…

Вдоль позвоночника пробежал холодок. Она попятилась и выскочила на лестницу. Сбежав вниз на пару ступеней, Женя затормозила и привалилась спиной к прохладной каменной кладке.

«Ну же, соберись! Это наверняка Адель. Не духи, не демоны, не сатанисты. Просто ребенок, забравшийся туда, куда не следовало. Надо проверить», – она взглянула на уходящие вверх ступени. – «Надо!»

Шаг за шагом она буквально заставляла себя преодолевать разрастающийся страх.

Хр-р… Хр-р…

Звук повторялся снова и снова, тревога сковывала движения, ставшие резкими и угловатыми. Но Женя, стиснув зубы, поднялась на площадку третьего этажа.

Хр-р… Хр-р… Хр-р…

«Да что эта девчонка там делает?!»

Звуки доносились из дальней комнаты, как и запах. Странный, неприятный. Всколыхнувший воспоминания о недавнем ночном кошмаре, в котором её пытали в подземелье средневекового монастыря, вынуждая сознаться в колдовстве.

«Что это? Ладан? Да ну, бред какой-то…»

Осторожно ступая, Женя сделала несколько шагов вперёд:

– Адель?

В тот же миг, собравшись с духом, она толкнула дверь и замерла на пороге, остолбенев от удивления. Моник, её всегда идеальная, правильная и ухоженная подруга, в панике семенила в угол на четвереньках, пока не скрылась под тканью, свисавшей со стремянки. Женя потрясла головой, не веря собственным глазам. Но нет, всё было по-прежнему – туфля-лодочка, соскользнувшая с ноги француженки во время диковатого манёвра, так и осталась сиротливо лежать в центре недочерченной пентаграммы, как символ принесённой в жертву девы. Огоньки зажжённых чёрных свечей плясали, отражаясь на лакированном боку туфли.

– М-м-моник? – Женя перевела взгляд от стремянки на ту свечу, что стояла на полу к ней ближе всех, завершая один из лучей звезды. Огонёк на кончике фитиля зловеще вспыхнул, порождая новую волну ужаса. Внутри всё скрутилось в тугой узел, сжалось, словно пружина, которая вот-вот…