– О, если Эжени займётся твоими книгами, значит у тебя будет больше свободного времени. Кри-кри, пригласи уже ту девушку, что работает в чайной лавке.
– Что за девушка? – оживилась Дайян.
Кристиан бросил на Женю смущенный взгляд. Они заранее договорились, что не станут рассказывать сёстрам о том, что ходили на свидания друг с другом, пока не узнали, что являются родственниками. Зачем делать ситуацию еще более щекотливой? Так что по официальной версии они познакомились в магазине и, узнав об одинаковых фамилиях, стали исследовать семейное древо, пока на одной из веток не нашли пересечение.
– Она классная, с такими милыми веснушками на носу, – не унималась Анн-Мари, хитро посматривая на брата. – А ещё в споре о сортах чая уложила Кристиана на обе лопатки. Я думала, умру от смеха – такое у него было удивлённое лицо.
– Мими… – он было попытался урезонить сестру.
– Вы сто́ите друг друга, поверь…
Женя с улыбкой наблюдала за дружеской перепалкой, а в груди теплело от осознания того, что она теперь тоже часть этой семьи. И пусть дом тот же, но люди здесь совсем другие. А прошлое – пусть оно остаётся позади, вместе со сгоревшим старым интерьером и дурацкой скатертью с бахромой.
***
В конце августа зачастили проливные дожди, предвещая начало надвигающейся осени. Вот и это утро не стало исключением. Но Жене нравилось. Шум дождя успокаивал и дарил прохладу. Она расположилась в магазине Кристиана в одном из кресел у окна и занялась переклеиванием ценников на тех книгах, которые подлежали уценке или, наоборот, по какой-то причине возросли в цене. Покупателей в магазине пока не было, и Женя то и дело поглядывала в окно на проходящих мимо туристов, в руках которых мелькали пёстрые зонтики. И когда один из них, чёрный с изогнутой дугой рукоятью, схлопнулся у входа в книжный магазин, Женя вскочила, едва не опрокинув кресло.
– Меня нет! – заполошно крикнула она Кристиану, стоящему у прилавка.
Брат удивлённо вскинул брови, но переспросить ничего не успел – звякнул дверной колокольчик, а Женя с колотящимся сердцем юркнула в глубину зала, за стеллажи.
– Мсье Арно?
От знакомого низкого голоса дрогнули ноги, и она схватилась за полку, боясь упасть.
– Да, верно, это я. А вы..?
– Эдуар Роше.
В висках застучало, к горлу подступил ком. Болезненная тоска тисками сдавила грудь так, что сложно было сделать даже маленький вдох.