– Твои то есть.

– Мои, – не стал отпираться мсье Роше. – И расчет.

– Наличными? – Кристиан присвистнул. – Интересный у вас в отеле сервис. У бухгалтерии выходной?

Эдуар не удостоил ответом его выпад. Женя насчитала восемь шагов – ровно столько потребовалось ему, чтобы дойти до двери. Звякнул колокольчик, возвещая о том, можно вновь свободно дышать.

– Эжени? Ты в порядке? Всё слышала, да? – Кристиан, вывернувший из-за ряда стеллажей, смотрел обеспокоенно. – И отпусти уже несчастный стеллаж, ты делаешь ему больно!

Его светлая рубашка с коротким рукавом была подозрительно помята у ворота и, кажется, не хватало верхней пуговицы. В руках он держал бумажный конверт.

– Зачем… – её голос дрогнул. – Зачем ты взял у него деньги?!

– То есть как – зачем? – Кристиан удивлённо поднял брови. – Это твоя зарплата. Честно заработанная, между прочим.

– Мне ничего от него не нужно!

Брат покачал головой.

– Отчасти я тебя понимаю… Мне бы тоже не хотелось иметь никаких дел с таким высокомерным засранцем. Я вообще не понимаю, как тебя угораздило влюбиться… в такое.

Женя слабо улыбнулась его недовольной гримасе. Но тут же до неё дошёл смысл его слов.

– Так ты… Ты знал, да? Что мы с ним… – она опустила глаза.

– Ты, конечно, всегда старалась обходить эту тему, – Кристиан невесело усмехнулся. – Но я же не идиот, Эжени.

– Я не имела в виду… – горячо начала Женя, но стушевалась под снисходительным взглядом брата. Затем издала нервный смешок: – А знаешь, мы с тобой должны быть ему благодарны.

– Ему?! За что? Не много ли чести?

– За то, что мсье Роше уберёг нас от кровосмесительной связи.

Кристиан фыркнул.

– Господи, Эжени! Ну ты как скажешь… Вот, возьми лучше, убери к себе или на карту положи, – он сунул ей в руки пухлый конверт и пошёл в сторону кассы, бормоча себе под нос: – Кровосмесительная связь… Кошмар…