Светлый фон

Медленно нарастающее напряжение взорвалось, затопив каждый уголок моего существа сладчайшей тьмой. Мое тело обмякло и, казалось, лишилось всех сил.

Тогда Джаред взял все в свои руки и действовал, пока новый жар не проник в меня, просачиваясь и сливаясь с моим собственным, заполняя меня целиком. Я осознавала, что физически это невозможно, но мне казалось, что он пронзил меня прямо в сердце.

Между вздохами и стонами удовольствия Джаред притянул меня к себе, целуя в губы. Его тело снова содрогнулось, и он излился в меня еще сильнее.

Играя с прядью покрытых гелем волос, которые выпали из его прически, я впитывала его тепло и запах, его вкус и прикосновения.

Я бы продала свою душу за этого человека.

Может быть, я уже это сделала.

Глава 48

Глава 48

Я проснулась так же, как и заснула – впитывая сердцебиение Джареда и ощущая ласковые поглаживания на плече.

Когда я пошевелилась, он поцеловал меня в макушку. Я вытянула шею и посмотрела на его спутанные темные локоны, которые скрывали расслабленный взгляд его карих глаз.

– Доброе утро, красавица, – пробормотал Джаред глубоким голосом, послав по моему телу крошечные разряды удовольствия. Он пошевелился, сбросив пригоршню лепестков на пол. – Сколько роз ободрала Мими?

Формулировка заставила меня поморщиться.

– Надеюсь, ты простишь меня, если с этого момента я буду преподносить тебе розы только в вазах, – он поцеловал меня в кончик носа, затем вытащил лепесток из моих волос и выбросил его.

Я улыбнулась и выпрямила шею, проводя пальцами по темным завиткам, поднимающимся и опускающимся в такт с его дыханием.

– Спасибо тебе за прошлую ночь.

Джаред схватил мое запястье.

– Не благодари меня за то, что я был жадным мудаком. Я пообещал, что темп будешь задавать ты, но нарушил это обещание почти так же быстро, как и кончил, – его выдохи согревали мой нос и губы. – Как ты себя чувствуешь?

Безумно счастливой. Физически истощенной. Вместо этого я ответила:

– Удивлена, что ишимы все еще не потребовали назад кости моих крыльев.

Его губы медленно изогнулись, когда он отпустил мое запястье.