В доме сегодня совсем никого, так что даже наше сердцебиение слышится оглушающим боем барабанов. В этой тишине вообще не хочется ни о чём говорить, но я не могу долго держать в себе то, что не давало покоя все эти слишком долгие недели.

─ Ты был с другими это время?

Дёргает бровью, якобы не понимая, о чём я, и мне приходится упереть своё колено ему чуть пониже живота, чтобы не наглел.

─ А что мне будет за честный ответ?

─ Я не скормлю тебя своим мухоловкам.

Ян выдыхает, а мои бабочки затихают в нехорошем предчувствии. Потому что в тайне я как дура реально ждала от него верности.

─ Скажем так, у меня были возможности, но я их не использовал. Я бы сказал тебе, Мишань.

─ Тогда обязательно скажи, если такое случится.

─ Скажу.

Я не знаю, какая магия в очередной раз происходит между нами, но едва наши губы сталкиваются, всё меняется. Это тот момент, когда поцелуи отличаются… Когда вы оба в одновременно понимаете, что это будет уже что-то совсем запредельное, непохожее на предыдущие поцелуи. На близость.

И мы оба вздрагиваем, как от удара молнии, осознавая это, а потом я вижу его потемневший взгляд.

─ Ты этого хочешь?

Вместо ответа просто тянусь к нему снова, и если сначала Ян теряется, то дальше я мало, что могу понять.

Он впивается в меня резко, будто изголодавшийся зверь.

Вжимается всем телом, давая понять, что не остановится, и я немного пугаюсь, особенно когда он прерывается, чтобы снять с себя кофту. У него как будто мышц прибавилось за это время, но струсить сейчас только по этой причине будет как-то совсем жалко.

─ Боишься? ─ понятливо рассматривает моё лицо.

─ А ты всегда таким качком был?

Ян только улыбается, как последний самодовольный гад, беря мою руку и прислоняя к своей груди.

─ Слышишь мой пульс, мелочь? Это всё ты сделала.

И правда слышу. Его сердце колотится мне в ладонь, а моё собственное в эту минуту будто стремится его обогнать. Или подстроиться.