Варя сглотнула, глядя на меня карим взором. Нет в них родного зелёного огонька Вики, нет.

— Нет, — из её глаз ручьём текли слёзы и губы дрожали. — Мне не нужны ваши деньги. Я была вам благодарна за то, что взяли меня и от всей души хотела быть полезной. Но слушать каждый раз грубость в ответ, простите, больше не хочу. Я не заслужила это ничем.

Да, я довел её до предела, но сдаваться не намерен.

— Хорошо, — с шумом выдохнул. — Можешь уходи, но расчета даже не жди, как и рекомендаций. Да, и работа нянькой тебе будет закрыта во всех других домах. Я об этом позабочусь.

Верил, что это точно её остановит. Не страшно, всего лишь маленький шантаж.

Гнев перекосил это миленькое личико и девушка влепила мне мощную оплеуху. Ни фига себе! Но отрезвило жестко.

— Сраный мерзавец! Ваша жена должна была быть святой мученицей, раз терпела рядом с собой такого подлеца, как вы! Она — молодец! Всё правильно сделала! Таких, как вы нужно бросать и бежать куда глаза глядят!

Мои глаза почернели от гнева, и я стеной двинулся на эту кричащую пигалицу.

— Думай что несешь, курица!

— Сам вы петух голосистый! Мачо недоделаный! — взвизгнула Варя, полностью скопировав нашу сцену с Викой. Оторопел, вперевшись в неё взглядом. Голову затуманило и забылся. Схватил няню за волосы на затылке и рывком двинул к себе. Девушка уперлась ладошками в мою грудь. Губы близко с моими. Дурман ванили снова в моём носу. Наваждение. Коснулся губами девичьего лица, втягивая забытый любимый аромат. Женская фигурка в моих объятиях и трепещет точно так же. Бросить тебя на эту одноместку и овладеть?! Забыть о жене… Послать всё к чертям и отпустить?!

Нет! Слишком сильно я припаян к своей тортоделке. Тяжело выдохнул и, плавно отпустив девушку, отступил, слегкая покачиваясь. Осел на тахту. Её слова не задели меня заживое, скорее моё нутро просто не согласилось с ней.

— Я совершил немало ошибок, не был идеальным мужем, но я исправился и всей душой полюбил её. Мы оба любили друг друга. На многое были готовы… А теперь я в растерянности. Не понимаю, почему она так поступила и от этого злюсь.

Варя слушала меня, судорожно сжимая ворот своей кофты и не перебивая. Когда умолк, уткнувшись понуро в пол, тихонько молвила:

— Я лишь слышала разговоры в доме о том, что тут происходило. Вы были как придурком, простите, так и героем. Только и вашей жене пришлось несладко. Поймите её. Ей нужно вновь найти себя. Понять, как жить дальше. Кем быть. Она вернётся. Вот увидите. Потому что любит вас и сына.

— Ты не первая мне это говоришь, — уронил, горько усмехнувшись. — Но прошло уже полгода и даже больше. Она видится с сыном по видеосвязи, а со мной не спешит даже говорить.