Я не думала как бежать, куда… Просто страх и ужас гнал вперёд. Подальше от неё, от этой квартиры, от дома. Просто спрятаться.

Собрав себя по кускам, придерживая низ живота руками, почти выползла в коридор к входной двери, но в этот момент меня грубо потянули за волосы назад.

Оглушила дом криком боли.

— Заткнись! — рёв рыжеволосой в лицо и она отшвыривает меня на пол.

Падение на живот — самое страшное для любой беременной. Рефлекторно хватаюсь за руку Лики, в которой, увы, был пистолет.

Звук выстрела гулом разнесся по стенам, но его эхо я уже не услышала, упав всё-таки животом на пол. Боль атрофировала грудную клетку, теплом разливаясь по поверхности.

Миша

Чёткими криками, не помня и не слыша себя, отдавал указания. Срывающийся голос пугал медперсонал, а дрожь в руках заставляла всех усомниться в моей адекватности.

Похищена прямо из круга семьи. Пулевое ранение в грудь. Начало родовой детельности. Отхождение вод. Повышеное АД. Кровь в промежности не сулила ничего хорошего. Спасать нужно не только мать, но и младенца.

Вымолил о помощи лучшего акушер-гинеколога, который был вынужден отложить все запланированные операции.

Ждал! Ждал, когда двери приёмного покоя распахнуться и бригада скорой ввезет каталку с девушкой, что умудрился полюбить и, любя, отпустить, снова вернув в зону опасности.

Как только Вику привезли всю панику как рукой сняло. Я превратился в высококвалифицированную машину, которая обязана спасти сразу две человеческие жизни. Чувства и эмоции в миг испарились.

Спустя несколько часов вышел в коридор к тем, кто молился и ждал моего вердикта. Видя заплаканные глаза родственников своих пациентов, я обычно смотрел на них профессионально с сочувствием. Сейчас же хотелось сесть рядом с семьёй Вики и рыдать вместе с ними. Но не имел право себе этого позволить.

Все мужчины встали, глядя на меня немым вопросом. Вобрал в лёгкие воздуха, выкладывая то, что по правилам имею право им сказать:

— С малышом всё хорошо. Однако, состояние его мамы нестабильно тяжёлое. Оказываются меры по устранению всех последствий гемоторакса. Следим за сердечной деятельностью и давлением. Пока нужно ждать, — скорбно опустил голову, выдохнув. Потом не сдержался и горячо добавил: — Она выкарабкается… Обязана…

Голос предательски дрогнул.

— К ней можно? — муж Вики просто добивал меня своим видом. Что будет с ним, когда зайдёт в реанимацию и увидит свою жену с дренажной трубкой, интубацией, патрубками и катетерами, исполосованную вдоль и поперёк? Тут самому мне смотреть на эту картину больно и страшно, а ему?