Я пытаюсь жить так же. Ради тебя. Ради него. Не опускать руки, не сдаваться, преодолевать трудности, не бояться неудач. Когда это письмо попадет тебе в руки, надеюсь, вы оба сможете мной гордиться.

Прощай, Уилл. Пусть каждый день будет прожит не зря.

С любовью,

Габриэль сложил копию письма и сунул в карман пиджака. А доставал скорее по привычке, ведь уже перечитывал столько раз, что вызубрил наизусть. Хотя письмо было адресовано деду, у него всякий раз возникало странное ощущение, будто каждое слово задевало самые сокровенные струны его души.

Когда Габриэль зачитал это письмо перед всем семейством, дедушка даже не пытался скрыть слез, а придя в себя, засыпал его вопросами, на большинство из которых у Габриэля уже были ответы. Пусть следы Софи Сеймур затерялись в прошлом, зато о Софи Ковальски, известной как Селин, этого не скажешь.

Работа в Блетчли была скрупулезно учтена в личном деле вместе с благодарностями от руководства, отмечавшего ее необыкновенные способности к языкам. Судя по не менее подробным документам об обучении и дальнейшей службе в Межведомственном исследовательском бюро, ее задание было связано с операцией «Оверлорд». Известие о том, что сестра Уильяма не просто пережила бомбежку Варшавы, но еще и служила в разведке, лишний раз подтверждало ее одаренность, храбрость и согревало душу, но с ноткой печали.

Габриэлю пришлось потратить много времени и задействовать кое-какие связи, но наконец, сопоставив множество обрывочных данных, удалось установить, с какой целью Софи оказалась во Франции. Ее судьба уместилась в нескольких словах, отпечатанных на машинке, с неразборчивым росчерком внизу страницы: «Дата ареста – 27 августа 1943 года, Париж».

Позднее этой даты обнаружить ничего не удалось.

Поиски сведений об Эстель Алар тоже не увенчались успехом. Только в самом конце одного из дел Межведомственного исследовательского бюро оказался аккуратно отпечатанный рапорт, в котором упоминалась некая безымянная француженка из парижской группы Сопротивления под псевдонимом La Chanteuse. Судя по рапорту, она оказала неоценимую помощь Управлению специальных операций и была тайно переправлена за границу через три недели после ареста Софи. В рапорте сообщалось, что La Chanteuse доставила разведданные от британской разведчицы Селин мисс Вере Аткинс в Лондон через полковника Джеймса Рида в Темпсфорде. Подробностей об этих данных в деле не было, как и о дальнейшей судьбе француженки.