Написал это дурацкое любовное послание на стене дома, который уже завтра снесут, посчитав, что это чертовски романтично. А сейчас, глядя на то, как садится солнце, и как надпись на доме очень быстро исчезает в сумраке, всё это мне кажется чертовски глупой идеей.

Ещё каких-то пятнадцать минут – и уже будет невозможно хоть что-то прочесть или увидеть. Я отхожу на достаточно большое расстояние, чтобы в последний раз полюбоваться видом нарисованного моря и заката.

В тот день нам с Викой было очень хорошо вместе. Мы сидели вон на том поваленном дереве, а потом она переползла на мои колени. Такая маленькая… Хрупкая. Но с мегаволевым характером. Упрямая!

Чёрт, какая же она упрямая!

Я целовал её в тот день, наверное, сотни раз, и мне всё равно было этого мало. А теперь, уже давно не чувствуя её губ на своих губах, меня буквально ломает.

Мой брат сказал сегодня, что прежним я уже никогда не стану. И он прав.

Словно из меня выковыряли циника, самовлюблённого идиота и мажора Руслана Гуреева, а вместо него вставили сущность совсем другого человека. Поначалу он мне не нравился. Я побаивался его. Даже отрицал его присутствие. А теперь он – это я.

Другой я!

Человек, который отказался от выгодной сделки ради отношений с Викой.

В тот день я быстро нацарапал на договоре с Юсуповым не свою подпись. Я написал, что проиграл Вике!

Проиграл!!

И сейчас, на стене, я тоже это написал.

Она должна узнать, что я проиграл, а она выиграла. Она должна узнать, что я отрекаюсь от всех тех принципов, которые раньше для меня имели значение. Теперь всё это ушло. Тачка, деньги, тусовки… Всё это неважно, если я останусь без неё.

Она должна это знать!!

Но я не смог прямо написать Вике о том, что не подписал договор с её отцом. Она могла подумать, что я в очередной раз пытаюсь её обмануть. Поэтому ждал, когда она узнает это от отца. Но, похоже, Вика не знает… Не знает и о том, что я – влюблённый идиот, не умеющий рисовать – смог передать свои чувства лишь словами.

Надеваю свой рюкзак на плечи. Там бренчат два баллончика с розовой и синей краской. Именно этими цветами я вывел своё послание. Но завтра стена с ним превратится в кучу мусора. Это удручает меня настолько, что даже перехватывает дыхание.

Отступлюсь ли я от Вики?

Нет. Конечно, нет.

Сейчас прыгну в тачку и поеду к ней. Юсупов наверняка и на порог меня не пустит… Что ж, значит, я заночую прямо в машине. Буду ждать утра, чтобы увидеть Вику.

Последние лучи солнца освещают стену заброшенного дома. И в этот момент я замечаю стройный девичий силуэт в двух шагах от неё. Девушка стоит так близко к рисунку и надписи, что ей приходится высоко задирать голову.