Розамунда с ничего не выражающим лицом смотрела на Гибсона, не чувствуя ни страха, ни удивления – только похолодела шея.

– Это двоеженство, – продолжал Гибсон. – Он не имел права вступать в новый брак… сознательно вводить вас в заблуждение.

– Что ты сказал?

Розамунда с Джеральдом обернулись и увидели на пороге Майкла. Тот повторил обманчиво спокойным тоном:

– Что ты сказал?

– Я… хотел предупредить тебя, Майк… сразу пошел к тебе, но она, – он грубо ткнул пальцем в сторону Розамунды. – …она… Я должен сообщить.

– Что ты сказал?

Майкл медленно наступал на Гибсона; в каждом его движении сквозила угроза. Джеральд пятился, пока не наткнулся на пианино.

– Послушай, Майк… Да подожди ты. Я все объясню. Майкл остановился в ярде от него.

– Я жду.

Джеральд облизнул губы.

– Она… Рози сказала, что вы поженились… попытался открыть ей глаза. Ты не имел права…

– Вот как?

– Камилла… не умерла. Не ее труп прибило к берегу… Говорю тебе, она не утонула!

Розамунда вскрикнула. Майкл вцепился Джеральду в глотку. Она бросилась к ним и повисла на Майкле, крича:

– Нет! Не надо! Послушай, Майкл! Прошу тебя! Майкл! Он отшвырнул ее; она отлетела к противоположной стене и не упала только потому, что ухватилась за кресло.

– Грязная свинья!

Майкл изо всех сил двинул Джеральда в челюсть. Розамунда закрыла лицо руками. Раздался ужасный грохот: противники опрокинули стол.

В дверях появилась Мэгги и запричитала:

– Ради Бога, что это на вас нашло?