Я не знала. Абстрагироваться полностью никогда не получалось. Сколько бы я не закрывала глаза, Клим смотрел на меня даже под закрытыми веками. Ухмылялся. Дышал тяжело. Трогал. Погружался.

— Пошёл ты! — выпалила, и с хрипом проглотила воздух, когда мужские пальцы задели клитор. Приоткрыв рот, подчинилась давлению и упала на локти, — Пошёл. Ты.

Он промолчал. Опустил голову и мазнул губами по внутренней поверхности бедра. Языком провёл влажную дорожку.

— Я сделаю тебе очень хорошо, Кира. Ты попросишь ещё, — его слова бились о стенки мозга, а затем разлетались в стороны. Мне было почти больно. — Ты сама попросишь. Будь уверенна.

Клим запустил руки под мои ягодицы. Зацепил резинку трусиков и потянул вниз, стаскивая по ногам бельё. Почти против воли. Почти.

Кто бы мог подумать? Это и есть моё смирение? Привычка? В моей голове билось ещё одно смрадное слово...

Желание.

Мотнув головой, зажмурилась. Согнула руку, локтём прикрывая лицо и чувствуя как звенит моя глотка. Словно это мой крик, заглушённый стенами отчаяния. Будто крошечная Я хватаюсь за прутья собственной клетки и ору от бессилия. Перед ним.

От ощущения его тёплого дыхания на бедре, пальцы сжались в кулаки. Каждый вдох громче предыдущего.

Ещё немного...

Его слова вихрем проносились в голове.

Скоро всё закончится, Кира...

Скоро...

— Ах! — от неожиданности. Просто не успела сдержать.

Горячий язык скользнул по половым губам. Мягко, нежно. И снова настойчиво. Раздвигая, изучая. Ещё. Снова и снова. Его пальцы впились в мои бёдра, приподнимая их и сдвигая ближе к краю.