— Так, — заговорила, смотря на мой шрам под челюстью, — ты отпустишь?

Шрам тут же начал зудеть. Провожу по нему пальцами, слегка растирая, и делаю шаг назад.

— Отпущу, — замечаю, как поднялась её грудь. От облегчения? — С Гришей только вопрос решить надо.

— Гриша? Кто этот Гриша?

Я, наконец, отворачиваюсь. Подбираю с пола рубашку и бросаю ту на спинку стула. Спина горит от её взгляда. Словно меня поливают серной кислотой. Почти, сука, невыносимо.

— Гриша... — я открываю шкаф и выдвигаю один из ящиков, — Бык был его племянником. И правой рукой. Гриша был Боссом Быка. — запускаю руку в ящик, пытаясь нащупать там коробку, — Гриша торгует такими как вы... а бык... воспитатель?

Она ничего не отвечала. Молча стояла позади. Я повернулся, отмечая, что Кира так и не сдвинулась со своего места. Её пальцы стискивали узел на талии. Она буквально тонула в этом халате. В моём халате. Он был ей к лицу.

— Тот, к которому ты ездил тем утром? Когда подобрал меня на дороге...

— Да, — кивнув, я снова отвернулся.

Продолжил поиски коробки. Улыбнулся нащупывая бархатистую поверхность.

— А что связывает с этим Гришей тебя? Зачем ты к нему приезжал тогда?

— Ерунда... это был единичный случай. — Отмахнувшись, я сжал в пальцах коробку и снова повернулся к Кире. — Не то, что ты думаешь. Борделей я не касаюсь. Я, конечно, не святоша... но это дерьмо не для меня.

Она прикусила свою щёку. Недоверчивый взгляд говорил сам за себя.

— И что теперь? Какой вопрос ты собрался решать с этим Гришей?

— Я всадил пулю в башку его племяша. Думаешь, нам не о чем с ним говорить?

Не вижу смысла вдаваться в подробности. Киру это не должно беспокоить.

— То есть... я всё ещё буду здесь? Ты меня никуда не отпускаешь? Сколько мне нужно ждать?

Хочется ответить, что долго. Очень долго. Но вместо этого, я просто усмехаюсь и возвращаюсь к ней.

— Может, неделя... две? Это ведь не так долго?

— После стольких дней? Наверное, нет. Если имеет смысл ждать.