Агонизирующая боль разрывает меня на части. Стекло, настоящее стекло. В глазах, в сердце. Словно острыми зубьями по душе вид его обессиленного тела. В нем было столько мощи и силы, столько всего, что не объять словами…я все у него забрала, его единственная одержимость, способная лишить его всего, даже жизни.

И я знаю, что за нас с Конаном он без единого колебания сам отдал бы жизнь.

Если я не уйду сейчас, я никогда не смогу уйти.

До встречи, Драгон…в следующей жизни.

Выходя в общий зал, я вижу, как все члены персонала лежат на полу. Как тогда, когда это было на форуме. В воздухе остаются остатки усыпляющего газа, что неимоверно хочется зевать, но как только я вдыхаю свежий горный воздух, мне становится гораздо легче. Звук вращающихся лопастей оповещает о приближающемся вертолете.

Внезапно, я вижу за стеклом летающей машины маленького мальчика. Его руки упираются в стекло раскрытыми ладонями, широко распахнутые глаза внимательно смотрят на меня.

Сердце стремительно падает вниз. Я бегу к вертолету, с сумасшедшей скоростью рассекая время и пространство, запрыгиваю в него и прижимаю ребёнка к себе, заглядывая в глаза сына.

Сомнений быть не может.

И одного взгляда в эти глаза мне достаточно…

Малыш так похож на Драгона, даже смотреть на него больно. Словно лезвие острое об мое сердце беспощадно стачивают.

Они так похожи, что даже голова кружится.

Прижимая малыша к себе, зарываюсь носом в его макушку.

— Я не верю, что это ты, — сын дрожит в моих руках, мы оба еще не понимаем, что происходит. Неужели кошмар позади?

Мальчик молчит и довольно сдержанно обнимает меня в ответ. Он напуган и не говорит ни слова.

Рядом, на пассажирском сидении я замечаю женщину, возраста около пятидесяти лет.

— Я заботилась о нем, как могла. Не беспокойтесь, он берег его, как своего наследника, — с легкой улыбкой произносит она. — Но за все эти годы он не произнес ни слова. Вы не думайте, что он вас боится, он всегда молчит. Я рассказала ему, что вы его мама…

Всего несколько слов, а сколько ужаса и сгоревшего, между нами времени, рвут меня в клочья. Хочется кричать, плакать, рвать на себе волосы.

Эмоций на разрыв аорты, но я пытаюсь держать себя в руках. Ему нужна мать, а не истеричка.