Ладно. Все неважно. Уже все неважно. Прошлого не вернуть, но пока есть шансы на счастливое будущее, я буду бороться.

Мы будем жить, смотря на все, иначе абсолютно все зря…

* * *

Я купила билеты из Цюриха в Вашингтон, чтобы запутать Астона-Шрама. Сама же вылетела из Цюриха частным рейсом в Лондон, чтобы там сесть на корабль и уплыть в Штаты. На самом деле я купила несколько билетов в разные страны, чтобы запутать его. Надеюсь, что ему не придет в голову отследить морские пути перемещений.

Спустя сутки мы с Конаном оказываемся в Лондоне. Из аэропорта мчимся сразу в порт, где сядем на лайнер до Нью-Йорка. Окончательно запутаем свой след уже в Штатах, возможно, мне даже стоит подумать об инсценировке нашей смерти и обращения в программу по типу защиты свидетелей.

В полете у меня было несколько часов, чтобы налюбоваться своим сыном. Я не отходила от него больше, чем на пять минут, и постоянно держала за крохотную ручку, или гладила по спинке, пока он спал. Такой красивый, невероятно сладкий малыш. Маленький Драгон, а эти глаза, что контрольным выстрелом прямо в сердце?

Как мне с ними жить?

Отбросить вопросы к себе и просто тихо радоваться, что я нашла своего сына. Что мы вместе. Что мы снова нашли друг друга, и он будет расти со мной, а не в лапах непонятных животных, которые могли воспитать из него кого угодно. Наемника, убийцу, зверя…

Мурашки по коже.

Мой невероятный ангел, ты даже не представляешь, через какой ад я прошла, чтобы иметь возможность вновь прикасаться к тебе. К своему ребенку.

То, что Конан не разговаривает вполне объяснимо, и я надеюсь, что ему удастся с этим справиться. Учитывая весь не до конца осознаваемый стресс, через который он прошел и ранняя сепарация с матерью — любой бы предпочел молчать.

Через несколько часов мы с Конаном оказываемся на корабле, и я сразу иду в направлении носа — там, где нет толкучки людей, наблюдающих за отправлением лайнера.

Настало время позвонить Шраму и сообщить код от ячейки, равнозначный цифрам, устанавливающим верные настройки меандра. Прибор работает на правильном вырабатывании электромагнитных волн, и любое ошибочное указание параметров приводит не к внушению необходимых идей в чью-то голову, а к возможной лоботомии.

В тот самый момент, когда я набираю номер телефона Шрама, стоя на носу корабля, с пятилетним ребенком на руках, со спины раздается его голос.

— Ты обещала сообщить мне код раньше, — мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, что он здесь. Шрам. Астон Голденштерн. Стефано Эрерра. Человек, чье лицо разделено огромным шрамом из-за проблем с экземой и последующими операциями на лице.