« Вот этого я и боюсь!»- Подумала она про себя.

* * *

Вуд улыбался. Ему снилось прощание в аэропорту.

Несколько часов оставшегося до отлёта времени они провели в бесконечных спорах.

Кэт ужасно нервничала и вела себя как девица с крайне тяжёлой хронической формой ПМС. Видит Бог, каких трудов и стараний Мэттью стоило сохранять спокойствие и оставаться внимательным, нежным и сверхмеры заботливым…

Разве он виноват в том, что знакомый Паркер договорился о встрече с женщиной-врачом, которая оказалась способной мгновенно оценить сексуальную привлекательность Мэтта, всего-то разок одарившего её фирменной улыбкой?

Агент хохотнул во сне, чем немало удивил соседку-старушку.

Наблюдать за ревностью «безразличной» к нему брюнетки было даже забавно. Это очень тешило его уменьшившееся за последнюю неделю до размеров куриного яйца мужское эго.

Вуду несколько раз хотелось то придушить Кэтлин, чтобы хоть ненадолго очутиться в полной тишине без ворчания и беспричинной ревности, то повалить на ровную поверхность и овладеть – жёстко и без всяких предварительных ласк. Показать кто, в конце концов, в их доме будет «сверху». В том, что такой дом будет, он не сомневался…

Паркер нервничала весь день, обдумывая варианты решения. Она не могла не понимать, что единственно правильным будет оставить Лилибет в Вашингтоне, по крайней мере, до следующих каникул. И это решение стоило ей многих нервов.

Кэт пошла по самому простому пути: сбрасывала негативные эмоции на Мэттью. И он терпеливо сносил все нападки, даже не пытаясь возражать, а тем более спорить.

– Знаешь, какие я сделала выводы?

Агент хмыкнул и вопросительно приподнял бровь.

– Ты готов залезть под юбку любой смазливой дамочки. Ну, и как тебе доверять? Да меня начинает морозить от мысли, что мы будем делить одну постель! – Она смерила презрительным взглядом ухмыляющегося Вуда. – Уж если выходить замуж, то за человека совершенно иного склада. Бейн не обращает внимания ни на кого, когда я рядом…

Мэтт покачал головой. Это было бы больно, если было бы правдой. Паркер говорила и говорила, а он, давая ей возможность высказаться, уже не различал слов, уставившись на полные губы со следами почти съеденного блеска.

«Интересно, если не отвечать и не перебивать, сколько часов подряд может сама с собой разговаривать ревнивая женщина на грани нервного срыва?»

Но сорвался Мэттью сам. По дороге в аэропорт, после очередного упрёка Кэтлин в использовании её слабостей в качестве рычага, заставляющего принять решение в его пользу. Добило заявление, что она совершенно не чувствует его и не видит в качестве мужа.