– Как «причём»? – опустила взгляд Лилибет, пробормотав: – Мне же нужно где-то учиться?

– Конечно, - кивнул он,- и школа всего в нескольких минутах езды отсюда.

– Ты меня не так понял. – Замялась девочка. – Для меня имеет значение, какая школа.

Вуд усмехнулся. Кажется, он начинал догадываться, что особенно привлекало дочь в его холостяцкой квартире.

– Одри водила тебя в школу, где директором служит мистер Беденг, друг отца?

– Да!

Мэттью уже хотелось смеяться. Он вспомнил предостережения мужа Риты, задавая очередной вопрос:

– Ты не хочешь, чтобы мы с мамой стали частыми гостями директора?

– Да!

– Раньше по вызовам в школу ходил Джон?

– Откуда ты знаешь?– искренне удивилась Лилибет.

– Не забывай, где работает твой отец,– понизив голос, таинственно прошептал агент. – Для ФБР нет никаких тайн. Запомни это на будущее!

Мэтт рассмеялся, заметив, как сошлись на переносице нахмуренные брови девочки.

– Он сам рассказал. Но вот то, что я тебе сейчас скажу, пусть станет нашей маленькой тайной. – Вуд снова понизил голос до шёпота: – Ходить в школу буду я, так что можешь давать всем отпор.

Губы Лилибет расползлись в улыбке, и «суровый» папа тут же проговорил:

– В пределах разумного, конечно. – Он чуть помолчал и добавил строгим голосом: – Потому что наказывать буду тоже я!

Девушка открыла входную дверь, вдохнув полной грудью свежий морозный воздух, и рассмеялась:

– И каким образом? Ремнём бить станешь?

– Напрасно смеёшься! Есть наказания пострашнее. – Мэттью придержал её за рукав и, добившись внимания, ответил совершенно серьёзным голосом: – Прежде всего, карманными деньгами и запретом на свидания!

– Только Чайтону не говори, ладно? – немного сникла и уже не шутя попросила отца Лилит.