- Бывает и очень часто, увы…

- Я… я не знаю. Я… мне надо, чтобы они оба, или обе…

- Вам надо, но тут уж как Бог управит. Мы всё возможное делаем, но всё в его руках.

- И… что мне делать?

- Молится. Больше вы ничем не поможете. И деньги свои… Нет, если захотите отблагодарить доктора и бригаду – пожалуйста. Только, не афишируйте. И я вам ничего такого не говорил.

- Да, я понял, да… - стою совершенно охреневший, убитый, потерянный.

Богу молится. Да всем Богам! Я готов!

- И еще… родственники есть у роженицы?

- Родственники? Нет.

Реально их нет, я знаю. Родители умерли. Дальние какие-то вроде были, но я так понял, Лика с ними никак… отчим… он опеку над ней вроде не оформлял?

- Я… я один.

- Но вы не муж?

- Нет.

- Вот когда станете мужем – будете родственник, а пока…

- Пока что?

- Пока за неё ответственность буду вести я и бригада врачей. Все, извините, мне надо в операционную.

Он уходит, а я пытаюсь переварить все, что услышал.

Мне вообще надо переварить то, что прошло за эти месяцы.

Месяцы, за которые я узнал много нового.

Сначала об Асе, Анастасии, дочери моей помощницы по хозяйству, экономки. После того, как слышу, что она говорит Полине про Лику – я в ярости.