Он хочет. Такие гниды обычно храбрые со слабыми.

Так и чешется плюнуть в его харю, но мне нельзя оставлять тут ДНК.

А вот хруст пальцев мне нравится.

И никто ничего не докажет.

Я только переживаю, потому что Лерка плачет.

- Рома… зачем…

- Мышь, меня там не было! Ты же…

- Ром, я не дура, хватит! Я… я понимаю, что ты… ты думаешь, что ты как мужчина должен отстаивать мою честь, да? Защищать… Так вот это – не защита! Это…

- Лера…

- Я теперь еще больше боюсь! Пожалуйста!

Чёрт. С Беляевым номер не прокатывает. С ним я реал хочу только перетереть, но он…

Трус, еще хуже Разума. Тот хоть держался, когда парни его чуть попрессовали. А этот…

А потом у меня был серьезный разговор с отцом.

- Ром, я всё понимаю. Ты хочешь поступить как мужчина. Но… ты соображаешь, что сейчас можешь всю свою жизнь под откос?

- Под откос? Они её чуть не убили, пап! Они…

- Спокойно. Сколько раз я тебе говорил, что нужна холодная голова.

- Холодная голова? Пап! Её запихали в ледяной, вонючий сортир, закрыли, ржали над ней. Лапами своими грязными её трогали.

- Роман.

- Я спокоен пап. Я охренеть как спокоен! Я только не понимаю, ты что, хочешь? Чтобы все думали, что я что, зассал? Что у меня очко слабое?

- Так, ты фильтруй! Я тебе не Коршун, не приятель, чтобы так. И никто не будет думать про твое очко, если ты поступишь как умный человек. Как будущий бизнесмен. Просчитаешь риски.