Только когда в трубке виснут гудки, понимаю, что дерьмовый я начальник: звонить и тревожить человека в официальный выходной, да еще и вечером первого января. Удавил бы. Но пока я сижу здесь, возможностей у меня мало, зато полномочий у Натальи, которая может действовать и распоряжаться от моего имени, достаточно.

– Дамир Таирович? – слышу вполне себе бодрое после непродолжительного ожидания. – С праздником вас!

Праздник. Точно. Еще утром я его чувствовал, пока у меня не забрали вместе с Евой все, кроме раздражения.

– Спасибо, Наталья, и вас.

– У вас что-то стряслось?

– Стряслось. Обещаю премию, если умудришься вытащить меня из заснеженной Швейцарии в ближайшие сутки.

– Так, что от меня требуется? – тут же, судя по тону, подбирается работница, переходя на деловой тон.

– Обзвонить местные аэропорты, узнать, из какого из них я могу улететь. Швейцарию накрыло каким-то гребаным циклоном, и на дорогах коллапс.

– Какой город?

– Любой, Ната. Женева, Берн, Мюлуз. Цюрих закрыт, там шансов мало, но тоже стоит попробовать договориться. С пересадками, дозаправками, плевать, хоть через ад, но мне нужно отсюда вылететь. Любые деньги. В идеале, конечно, организовать чартерный рейс, но я согласен даже в, мать его, багажном отделении лететь, только бы как можно быстрей вернуться в Москву. Справишься? С меня премия и отпуск.

– Я не обещаю, но будем пробовать, Дамир Таирович. И я делаю это не за премию или отпуск, а просто потому, что вы человек хороший.

– Нисколько не сомневаюсь, – ухмыляюсь, – Ната, я очень на тебя надеюсь.

Наверное, не зря говорят, что надежда умирает последней? В конце концов, всего сутки. Или пара суток. Рано или поздно циклон уйдет, авиасообщения возобновят, дороги откроют, и больше хрен куда я отпущу от себя снежинку!

Женюсь. И пусть только попробуют еще какие-либо злопыхатели встрять!

Глава 40. Ева

Глава 40. Ева

Все словно в тумане.

Регистрация на рейс, самолет, понимание, что я потеряла телефон, и сам полет. Два часа, и я уже нахожусь в России, в Москве. Аэропорт гудит людскими голосами, как один огромный улей. Отовсюду раздражает звуками взлетающих и приземляющихся самолетов, звонками чужих мобильных, голосом, объявляющим прилеты и отлеты… Голова кругом!

Если учесть, что я одна, то меня начинает потихоньку накрывать паника. А если еще и припомнить, что я летела одна… совершенно одна! То меня уже сейчас начинает колотить озноб, и мне становится дурно. Запоздалый откат.

Когда я мчалась в аэропорт Цюриха, даже не задумывалась, что ждет меня впереди. О том, что я окажусь одна в самолете, мне не пришло и в голову. Я до такой степени погрузилась в себя, в свои мысли и противоречия, что разрывали изнутри, что страх отступил на задний план. А теперь он возвращается. Успокаиваю себя только тем, что уже все. Поздно бояться. Я уже в столице, уже на земле и нетвердо, но стою на ватных ногах.