Четыре года прошло, но меня до сих пор к нему тянет. Руки выкручивает просто.

– То есть ты у нас теперь свободный человек, – улыбаюсь.

– Нет, я глубоко женат…

64

64

Моя довольная улыбка сползает с лица. Я замираю и несколько раз хлопаю ресницами. Смотрю на Токмана с чуть приоткрытым ртом.

– …глубоко женат на своей работе, – заканчивает фразу.

Отворачиваюсь. Ужасающая реакция. У меня все было написано на лице. Все до последнего слова.

Пока я загоняюсь, брат с женой останавливаются напротив.

Серый знакомит Иланку с Токманом, пока я вымучиваю заученную годами улыбку. Как дура здесь стою, ей-богу.

Гости рассаживаются, начинается какая-то богемная программа, разговоры. В основном о делах. В промежутках звучат поздравления.

Вообще, для таких сборищ у брата отстроено отдельное помещение. Такой домашний банкетный зал. Серега вообще затейник в этом плане. Любит окружать себя максимальным количеством удобств, которые влетают в очень нескромную копеечку.

– Тата, какое платье, – Илана трогает материал чуть выше декольте и довольно улыбается, – это же последняя коллекция?

– Кажется, она, – киваю и чувствую, как Ванькина ладонь касается моей спины. Мы стоим слишком близко, и его наглый жест скрывается от чужих глаз.

Воспламеняюсь, абсолютно теряя нить разговоров. Смотрю на шевелящиеся губы невестки и киваю. Впопад или нет, особо не заморачиваюсь.

– Убери руку, – шиплю сразу, как брат с женой отходят в сторону. – Ты хочешь скандал?

– Очень, – так нагло улыбается. Бесит. Неимоверно бесит. – Вообще, у тебя змейка сзади не до конца застегнута. Была.

– Что? Тупое оправдание.

– Не более чем правда.

Ваня делает шаг. Видимо, собирается уйти. Но разве я могу позволить?